Королевская кровь. Книга 7

Здесь даже отклик Источника ощущался сильнее – и Макс проверил морок на глазах и спине, умылся соленой водой, подняв облачко ила, посмотрел на гниющие остовы домов и направился за казармы, в харчевню. До завтра он потерпит. Немного осталось.

Венин, что-то резавшая на столе рядом с другими женщинами, увидев его, быстро высыпала овощи в котел, помешала, из другого положила ему уже готового рагу. Синяк на ее лице заметно посветлел, ушла опухоль. Удивительная мазь. Да и вообще – сколько здесь уникальных растений, какое поле для исследований!

– Ты ела? – спросил Макс, чувствуя, что так надышался дрянью в храме, что точно ни ложки в рот взять не сможет.

Женщина кивнула, оглянулась на других служанок. Те даже перестали резать – опять шептались и поглядывали на них.

– Тиебее, – промычала она, показывая на тарелку.

В кухню зашел Якоши – и женщины поспешно снова принялись за работу. Макс прихватил тарелку, пошел в зал. Якоши плюхнулся на стул рядом с ним. Судя по благодушию, он хотел поболтать.

– Был в храме, деревенский?

– Был, – коротко ответил Тротт, неохотно глотая варево, которое оказалось довольно вкусным.

– Как тебе?

– Никогда такого не видел, – пробурчал Макс, жалея, что не может изобразить дурацкий восторг. Но, видимо, хозяин решил, что его малословие от ошалелости красотами и божественным величием, потому что добродушно захохотал – затрясся его живот, подбородок.

– То-то же! Голубей резал?

– Их, хозяин.

– А мои-то дуры решили, что ты Венин собираешься богам отдать.

- А как она попала к тебе? – поинтересовался Тротт.

– Как-как, – Якоши сплюнул на чисто вымытый пол. – Они как стареют, из невестиного возраста выходят, их за бесценок на торг выставляют. Зачем богам перестарки-то? Вот и купил. Чистенькая была, – он сладострастно зажмурился, – потом подурнела, ну так и я уже наелся.

– А сколько же ей? – с тяжелым предчувствием поинтересовался Макс.

– А я помню? – удивился хозяин харчевни. – То ли восемнадцать, то ли девятнадцать. Говорю же, перестарок. Рабынь в храм берут, как первую кровь роняют, лучших отбирают. Семье выкуп дают. Самый невестин возраст, а сейчас кому она нужна? Только тебе, дураку, и сгодилась.

И он снова захохотал, хлопнул Макса по плечу.

– Ты вот что, странник. Послушай меня. Дерешься ты чудно, но умело.