На волоске

Теперь жизнь обеих девочек зависела от меня, или как минимум, наличие у них языка. Если бы я знала, что Фалея так зациклена на себе, ни за что бы не разболтала о своих умениях. Но, как говорится, язык мой – враг мой.

Я никогда не была болтлива, я никогда не «заводилась» с полоборота и не начинала скандал первой. Да и второй не начинала, а наоборот – была миротворцем в любом споре. Первое, что я делала – просила успокоиться и разобраться. А теперь я чувствую, что иногда во мне закипает невыносимое варево из эмоций, и пока я не выскажусь, не обрету спокойствия.

Видимо, это чужая черта характера. Или же тело слишком молодое, и кипящую кровь некому было усмирить. Мне почему-то кажется, Малисат ничего не запрещали, и мало того, думаю, ее вспыльчивость поощрялась. Я видела здесь уже достаточно девушек и точно могу сказать, что за языком они очень аккуратно следят. Даже Фалея, выйди она за стены этого своего «предприятия», тоже будет вести себя иначе.

С открытой дверью в доме было достаточно света, чтобы работать, и я перебирала отрезки тканей, которые лежали в корзине. Мне нужно было что-то очень тонкое, но крепкое.

Из-за отсутствия тканей вроде капрона придется идти самым сложным путем. Но этот путь был известен еще тогда, когда искусственных материалов не было. волосы придется нашивать на очень тонкие полоски ткани, а потом уже эти полоски нашивать на шапочку.

Парики знали еще в Древнем Египте. Есть доказательства того, что эта часть гардероба украшала головы правителей и вельмож Вавилона, Ассирии, Шумер. Их делали из волос яков, овец, из волос рабов. Да, я попала туда, где шевелюра имеет большое значение для женщины, тем более, если женщина имеет высокое социальное положение.

Только вот именно эта женщина имела достаточно высокий статус, чтобы стать обычной мадам в борделе.

Ближе к вечеру мы вышли к ужину, и все, кто сидел за столами моментально замолчали.