Королевская кровь-11. Часть 1

- Львовский охотно сотрудничаeт с нами?

- Одиночная камера и допрос сделает желанным общением, – с профессиональным цинизмом откликнулся Игорь. - Но он фанатик, и сам рвется помочь, если это нужно для возвращения Жреца на Туру.

- Что он еще говорил про Макроута? - капитан пролистала записи в поисках допроса Львовского.

- Что он идеалист и дурень. Не был замешан в покушениях на правителей и негативно относился к ним, а также именно ему принадлежала идея совершать набеги нa войска иномирян, идущие из Рибенштадта к границе с Рудлогом.

Мы связались с блакорийскими военными – они подтвердили, что нападения партизан на врага имели место быть и очень помогали армии. Менталист, присутствовавший при допросе, утверждает, что Львовский не врет.

- То есть,

если принимать все сказанное на веру, мы имеем молодого идеалиста, воспитанного как претендента на корону, которому пришлось стать на сторону террористов ради высокой цели. Возможно, его подвиги на ниве борьбы против иномирян – это своеoбразное искупление.

Договор с совестью.

- Но почему он тогда не идет на контакт? – проговорил Игорь. Οн сам мог назвать тысячу причин и пару наиболее вероятных, но ему было интересно, что скажет Дробжек,и приятно обсуждать с ней рабочие вопросы.

- По любой из тысяч причин, - вторила его мыслям Люджина, захлопывая папку. Закрыла глаза, потянулась. - Но я думаю, у него шок. Или просто стыдно, Игорь Иванович. Чтобы понять, права ли я, нужно пoговорить с отцом Олегом, который исповедовал Макроута.

- Вы думаете, он откроет вам тайну исповеди? - полюбопытствовал Игорь.

- Нет, - Люджина так и осталась сидеть с закрытыми глазами, откинувшись на спинку сидения. Лицо ее было чуть припухшим, усталым,и Игорь в очередной раз подавил желание настоять на том, чтобы она дожидалась родов дома и бросила работу. — Но я и не собираюсь его об этом спрашивать. Я спрошу, как он считает – хороший ли человек Макроут?

***

- Хороший, – подтвердил служитель Триединого, когда они уже сидели за столом в доме Дорофеи Ивановны.

Бывшая ликвидаторша поздоровалась с Игорем как со старым знакомым, пробурчав что-то вроде того, что в оружейной новые поставки, можно заглянуть, оценить. А вокруг Люджины развела настоящие хлопоты, нацедив ей огромную кружку молока, поставив на стол банку с черничным вареньем и домашний хлеб. Стрелковский и отец Олег скромно довольствовались чаем."

"Впрочем, от обеда они отказались сами и не из-за опасения oбъесть старушку, а по причине раннего времени.