Контуженый рыцарь

Довольно бессмысленного кровопролития, сдавайтесь!

– Ах ты, стерва, – ругнулся лорд Тарэкс, осторожно выглянув из окна. Его всего перекосило от ненависти и злобы, – героиню из себя вздумала строить! Пристрелите девку.

Но ответом было лишь мрачное молчание.

– Дай мне арбалет, – обратился он к одному из наемников, но тот стоял, не выпуская из рук оружия.

– Может, и правда сдадимся? – то ли спросил, то ли посоветовал кто-то.

– Трусы, сам ее убью. – Тарэкс вырвал арбалет из рук какого-то воина и стал наводить его на Виолу.

"Годы многолетней практики с оружием не прошли даром, и арбалетный болт, полетев вниз, пробил кирасу королевы в районе сердца. Девушка покачнулась, пытаясь удержаться в седле, но, потеряв равновесие, стала падать вниз, как раз на руки подоспевшего Федора.

– Виола, Виола, как же так?

– Громко подтверди мой приказ об амнистии, – прозвучал прерывающийся голос королевы.

– Амнистия? Да я всех перережу!

– Повтори мои слова об амнистии, это приказ… – повторила Виола, и струйка крови потекла у нее изо рта.

– Королева ранена. Я, как барон и ее рыцарь Черного дракона, повторяю вам предложение сдаться. Амнистия всем, кроме лорда Тарэкса, – громко объявил сэр Федор, передавая раненую на руки подбежавших горожан. – Вызываю тебя на бой на мечах, скотина.

Гнев и злость на себя и лорда распирали его, вызывая неудержимое желание поквитаться с мерзавцем своими руками.

– Ну, где ты там? – снова крикнул он. – Выходи, или так и будешь, трус, в домике прятаться?

– Сейчас, сейчас, – крикнул в окно Тарэкс, – уже выхожу! Девку я прикончил, теперь твоя очередь!

Лорд вышел на площадь в полном доспехе. На груди у него поверх кольчужной рубашки была надета выпуклая кираса, руки и ноги покрывали металлические пластины – наручни и поножи. На голове красовался горшкообразный шлем, основание которого упиралось в кирасу. В левой руке он держал круглый щит, обитый железом, а в правой – одноручный обоюдоострый меч.

Боевая экипировка Федора выглядела попроще. Под кирасой у него была только кольчуга, а на голове островерхий шлем. Щит оказался меньшего размера, зато одноручный меч был чуть длиннее, что могло дать некоторые преимущества.

Капитан Фракс махнул рукой, и два бойца сошлись в поединке не на жизнь, а на смерть. И тут Федор понял, как была права Виола, запрещая ему устраивать поединок на мечах с лордом.