Контуженый рыцарь

– Нет, нет, я не верю… Гюнтер, Алекс, мои гвардейцы, не верю… – всхлипнула тихо подошедшая к спорщикам принцесса.

– А в то, что они отказались приехать, ты поверила?

– Не верю… не верю… – уже навзрыд заплакала девушка.

– Вот так вот, сэр Федор. Ты был сначала Первым, потом Единственным, а теперь стал Последним рыцарем. Больше у Виолы никого нет, – подытожила Динара. – И что делать будем?

Глава 33

Трое путешественников с грустным видом сидели у костра, пытаясь придумать решение существующей проблемы.

– Слезами горю не поможешь, – помолчав, произнес Федор. – Нам нужен план действий с учетом сложившейся ситуации. Мы сможем доехать до столицы втроем?

– Это маловероятно и опасно.

– Дина, у тебя же есть крылья, отнеси принцессу прямо в Андрию!"

"– Одну? И как она объяснит свое чудодейственное появление в столице? Про меня расскажет?

– Боюсь, что меня, как голодранку, даже во дворец императора не пустят.

– Тогда незаметно возвращаемся в Эрию и снова требуем у твоей мачехи почетный эскорт.

– Федор, у меня есть подозрение, что это она подстроила убийство моего отца несколько лет назад. Я ее боюсь и совершенно не доверяю…

– Вот оно как… Значит, в результате всех этих приключений мы пришли к тому, с чего начали. Нам все-таки придется заехать в Элтенбург и затребовать помощи деньгами и солдатами у бургомистра, – сделал вывод Федор.

– А там нас, скорее всего, уже ждет лорд Тарэкс, – подытожила принцесса, шмыгая носом и вытирая рукавом платья мокрые глаза.

– Поэтому у нас только один выход – проникнуть в город тайно, опять поселиться у кузнеца и через него связаться с бургомистром.

– Я согласна с тобой, сэр Федор, – кивнула Виола. – Даже если он побоится в открытую восстать против Тарэкса, то отказать в помощи, хотя бы деньгами, не посмеет.

– Ну что ж, поехали, – дал команду Федор и подсадил девушку на последнюю лошадь.

Собрав нехитрые пожитки, путешественники двинулись в сторону города…

Маленький отряд опять шел не по дороге, а чуть в стороне, в тени деревьев, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимание посторонних глаз.