Король драконов и Принцесса-Апельсин

Мне жутко не везёт в любви…

– Да что вы, – процедила я сквозь зубы. – Это с десятью-то королевами?

– Вы мне льстите, всего их было шесть, – он сделал вид, что смущён.

Получилось плохо. Смущение и король драконов точно не были созданы друг для друга.

– Но бывшие королевы – это так, – он небрежно смахнул с доски мою ладью. – Это не заслуживает внимания.

– А что заслуживает? – чуть не зарычала я.

– За всю свою жизнь я встречал только трёх женщин, которые были меня достойны, – откровенничал Рихард. – Первая была блондинкой.

– Какая негодница, – протянула я, впившись взглядом в расстановку фигур, потому что в этот момент увидела лазейку.

– Вторая была не столь высокого происхождения, но у неё огонь был и снаружи и внутри, – предавался сентиментальным воспоминаниям король. – Такая, знаете ли, принц, рыжая лошадка – горячая, породистая, но я ей решительно не понравился. Она выбрала моего племянника.

Я разом позабыла о шахматной партии, и на висках выступил пот.

Что за намёки, позвольте узнать?.. Или лучше не узнавать?.. Притвориться, что ничего не понимаю?..

– Её папаша был какой-то северный князь, – дракон смотрел на меня в упор, и я видела, что он наслаждался игрой. – Но они там, на севере, все называют себя королями.

Это точно говорилось не обо мне, и я перевела дыхание, с усилием заставив себя смотреть на шахматные фигуры, а не на короля Рихарда, которому вдруг вздумалось откровенничать в такое неподходящее время.

– И тоже, представьте, отказала, – пожаловался он. – Да ещё как отказала, чертовка! Ни танцевать со мной не согласилась, ни за ручку подержаться…

– Она ещё жива? – поинтересовалась я, передвигая оставшегося офицера.

– Обижаете, принц! – он и точно обиделся, укоризненно качая головой.

– За герцогом Тевишем? – сообразила я и вывела ладью. – Речь о принцессе Мелхоле? Она же, вроде бы, провидица?

– Да какая провидица, – отмахнулся Рихард, делая ответный ход. – Не смешите меня. Но сердце она мне разбила отменно – в третий раз и с оглушительным звоном.

– Что там у вас за сердце, если в третий раз разбивается? – усмехнулась я, переставляя пешку.