Командная игра

Люди любят заглядывать в чужие замочные скважины.

Я прошла здесь стажировку сразу после окончания колледжа, что в конечном итоге обеспечило мне работу на полный день. Помимо написания астрологических прогнозов я разносила кофе, вычитывала статьи коллег, занималась закупкой канцелярии, заказом билетов, бронированием отелей… В общем, выполняла работу офис-менеджера, должности которого в нашем штате не было. Ребята, с которыми мы вместе начинали, уже давно перешли в другие отделы, где получили хорошие места, ну а я… Я намертво приросла к своей маленькой колонке гороскопов.

Изначально у меня не было никаких познаний в области астрологии, но как оказалось, этого и не требовалось. Гороскопы следовало просто выдумывать. Для меня, как для безнадежного романтика, суеверного и легковерного, это стало интересным занятием. Особенно когда я глубже погрузилась в тему. Но это определенно не та журналистика, ради которой я брала чудовищный студенческий кредит. Да ради бога! Моя колонка выходит даже не под моим именем, а под именем известного пожилого астролога из Индии, с которым у журнала заключен десятилетний контракт.

Повесив куртку на крюк, я почти бегом пересекла длинную зону отдыха с кожаными диванами и книжными полками во всю стену, которая делила офис пополам, и едва не выронила бумажный стаканчик с горячим кофе, когда взглянула на настенные часы.

Проклятие! Я уже опаздывала на пять минут.

О нет. Ну почему именно сегодня?

– Красный уровень угрозы, – пробормотал наш спортивный обозреватель Энди Бишоп, когда я пронеслась мимо его стола.

Мой боевой запал упал быстрее, чем песня We Cry Together Кендрика Ламара в чарте Billboard.

Господи Иисусе…

Красный уровень угрозы сулил полную катастрофу. Обычно он включался в дни перед сдачей номера в печать либо когда журнал терял крупных рекламодателей. Желтый горел почти постоянно. Он ощущался как магнитная буря, индекс которой, как и уровень угрозы, зависел исключительно от настроения Вивьен.

Подойдя к стеклянному кабинету главного редактора, я глубоко вздохнула и постучала в дверь, на которой тонкими металлическими буквами было выгравировано имя: «Вивьен Чжоу».