Когда убьют – тогда и приходите

Сегодня выдалась на удивление хорошая погода, они с детьми гуляли все утро, и, замешкавшись с готовкой, Ирина боялась не успеть к приходу Кирилла после первой смены, так что визит Гортензии Андреевны с шокирующими новостями оказался совершенно некстати.

Учительница встала, огляделась, не говоря ни слова, повязала фартук и взялась мыть посуду, которой в раковине скопилась целая гора. Протесты хозяйки она остановила одним решительным жестом.

Ирина села чистить картошку, ежесекундно ожидая упреков в недостаточно тонко срезаемой кожуре и наставлений, что настоящие хозяйки чистят в «одну струйку».

– Мы с вами должны его остановить.

«Да уж, всегда мечтала останавливать тех, кого не существует», – ухмыльнулась Ирина про себя, но промолчала. Надо уважать паранойю старшего поколения, выросшего в сознании, что кругом враги и шпионы.

Тут из булочной прибежал Егор, увидел Гортензию Андреевну и остолбенел.

Только Ирина хотела туманно пообещать насчет архива, как пришел с работы Кирилл, усталый, но радостный, чуть пахнущий горячим утюгом. При виде гостьи ни один мускул не дрогнул на его лице, он вежливо поздоровался и только, уходя в ванную мыть руки, поманил Ирину за собой и таинственным шепотом спросил:

– Кто это?

– Проверка детей, – фыркнула она.

– Кто?

– Потом объясню, хорошо?

– Ладно.

Поскольку они ничего не успели обсудить, пришлось оставить гостью обедать, и за столом воцарилась ледяная атмосфера. Егор сидел ни жив ни мертв, еле шевеля ложкой в супе, Ирина тоже смущалась: вроде бы ее учили вести себя за столом, но по сравнению с утонченными манерами Гортензии Андреевны она выглядела пещерной женщиной. Только Кирилл уписывал суп как ни в чем не бывало, стуча ложкой по дну тарелки и закусывая хлебом.

Когда Егор съел второе, Ирина отпустила его из-за стола.

– Итак, к делу, – веско произнесла гостья, едва сын убежал из кухни, – чем скорее мы отправимся в архив, тем лучше.

– Мы?

– Да. Я решила, что мне следует посмотреть материалы дел своим глазом.

– Но вас не пустят.

– Ирина Андреевна, я категорически не приемлю блат, но в экстренных случаях хороши все средства. Не буду вдаваться в подробности, вам важно знать одно – меня пустят в архив.