Когда сядет солнце

Но до Аруны ему, естественно далеко.

Как ни старалась быть тихой, Шанриасс просыпается от моего шебуршения и сонно потягивается в кресле. Давно он здесь сидит? Не раздумывая, встаю позади него и запускаю пальцы в волосы, размеренно массирую мужской затылок, разминаю шею и плечи. Утоляю острую потребность касаться его. И слышу благодарное мурчание. Сейчас он как большой кот в моих руках. В какой-то момент Шан утягивает меня на свои колени и жадно целует.

– Подожди, – напрасно пытаюсь отстраниться я, – зубы не успела почистить.

– Неважно, – рычит он, снова вгрызаясь в меня.

Покусывает губы, тут же зализывая, вторгается в мой рот, тараня его языком. И спустя непродолжительное время отстраняется.

Пристально смотрит так, что мне становится неуютно.

– Я понимаю, почему ты так поступила. И в то же время – нет. Сложно принять, когда тебя хотят оставить, и попытки не сделав поговорить, – жестко бьет словами. Наверно даже заслуженно. – Шасс тебя защищает. Это злит меня еще больше.

Открываю рот опротестовать.

Не хотела я его бросать. Обстоятельства меня вынудили планировать побег. Но ничего произнести не успеваю, Шанриасс снова накрывает мои губы своими, плотнее притягивая к себе. Я и не думаю сопротивляться. Тоже соскучилась. По его рукам, голосу, запаху. Мне бы точно пришлось туго. Но разве я подозревала… что можно так… любить?

Тихо стону ему в рот, притираюсь ближе, впитывая жар его тела.

– Гхм, может, в каюту пойдете? – раздается слабый голос Зейрашша. И звучный хмык.

А я чувствую, как мое лицо стремительно краснеет.

Дыши, Рай, и немедленно займись своим пациентом.

Резво освобождаюсь из объятий и сползаю с колен Шана. Нацепив невозмутимое лицо, подхожу к капсуле с Зейрашшем.

– Жалобы? – схватив планшет, быстро делаю пометки.

– Немного голова болит. Слабость. Я бы еще поспал. Позже. Но сейчас мне нужно подняться, – стучит по крышке капсулы. – Открой, Рай.

Вношу озвученные симптомы и внимательно смотрю на Зейрашша. Рано его отпускать.

– Открою, но ты пока останешься в капсуле.

Смирись, – нехотя поднимаю прозрачную часть корпуса.

– Расскажи, что со мной происходило. Я с трудом помню, как садился в шаттл, – пытается восстановить в памяти события Зейрашш.

– А как выпил микофаг, помнишь? – сурово предъявляю ему, наплевав на правила не ругать пациентов.

Судя по его лицу, он вспоминает. Вот кто действительно нуждается в порке!

– Я могу списать твои неадекватные действия на вре́менное помутнение рассудка, вызванное грибком.