Когда сядет солнце

Дергаю, что есть сил, но дверь не поддается.

Заперто. В отчаянии бью кулаком по двери и устало прислоняюсь к ней лбом. Нужно открыть. И тут вспоминаю, что в куче хлама видела ржавый гвоздодер. Я не умею им пользоваться, но придется учиться на месте.

С долгими перерывами не менее часа ломаю дверь и замок. Вода и сухари давно закончились. А я пытаюсь решить ребус со многими неизвестными. Пытаться проникнуть в помещение или лучше идти искать дальше?

– Последняя попытка и уйду, – бормочу себе.

Вставляю очередной раз монтировку в районе замка, в щель между дверью и стеной, и наваливаюсь всем весом.

– Давай же, давай, мне очень надо. Ну! – хриплю отчаянно как заклинание.

Бесполезно. Нужно идти дальше. Столько сил впустую. Бездна!

Спиной стекаю по двери и сажусь на корточки, почти не ощущая, как старая краска и сучки впиваются в спину сквозь ветхую рубашку. Голова безвольно свисает на грудь. Пара минут и нужно подняться. Вдруг слышится глухой щелчок замка, и я валюсь вовнутрь, подняв облако пыли.

Глава 5. Госпиталь «Звездный»

Четырьмя годами ранее

Неожиданно мне закрывают глаза ладонями. Терпеть не могу эти шуточки.

– Олег, я знаю это ты! – недовольно восклицаю я.

– Рай, перестань быть занудой. Пойдем на улицу пить кофе, сегодня у нас в расписании солнце, – темноволосый мужчина в медицинском костюме разворачивает меня в кресле лицом к себе, заразительно хохоча.

Олег Янковский, молодой врач, амбициозный, успешный, но в отличие от меня легко находит общий язык с людьми и располагает их к себе.

– Я бы с большим удовольствием, Олег! Но у меня нестандартный случай. Нужно еще проверить кое-что, – кручусь в кресле обратно к гало-проекции, – и спокойно обдумать. Это не намек, – указываю гало-ручкой на выход.

– Опять ты со своими нейронами. О-о-о, а что тут интересное? – мужчина внимательно разглядывает объемную модель мозга. И присвистывает. Доброкачественная опухоль, формой яйца и размером в шесть сантиметров, засела в стволе головного мозга.

– Офигеть! Этому бедолаге крупно не повезло!

– Олег, тебе лучше не вдаваться в подробности, – настойчиво отодвигаю настырного приятеля в сторону двери.

Тот не теряется и ловко запирает дверь, оставшись со мной.

– Рассказывай! Неужели ты возьмешься за это? Да он помрет на столе, или максимум в первые сутки после вмешательства, – запальчиво пытается вразумить меня Янковский.