Кодекс Охотника #14

Было бы… Если бы не его характер. Но Андросов-старший ждал, когда парень «перебесится» и всё наладится.

А вот что делать с Катей, никто не знал.

Поэтому, Катя Андросова всегда чувствовала себя на приёмах не в своей тарелке. В Разломах ей было интереснее, чем среди людей, одно прикосновение к которым могло привести к их неожиданной смерти.

Она с детства старалась держаться подальше, чтобы ненароком никого не коснуться. Сегодня на этом приёме возможно решалась её судьба. Молодой барон совершил невозможное — он оказался тем, кто может к ней прикасаться и при этом получать удовольствие, как он это сказал.

Честно говоря, первым желанием у Кати было схватить его и никуда не отпускать. Однако Саша поступил умнее, разорвав дистанцию тогда в госпитале, и дав ей время подумать. Она думала долго и тщательно, пытаясь понять, сколько в её желании быть рядом с Галактионовым того, что он, в принципе, единственный человек в этом мире, кто может к ней прикоснуться. И то, что она хочет с ним находиться сама."

"По справедливому размышлению, она поняла, что молодой барон зацепил её с той первой встречи в итальянском кафе, когда занял её столик.

— Что ты говоришь? — она отвлеклась к Ане, которая весело щебетала рядом.

— Как ты думаешь, что во всех этих коробках?

— Ну, возьми открой и узнаешь, — улыбнулась она.

— Не могу, это же Саше подарили.

— Так ты его жена.

— Жена-женой, — глубокомысленно изрекла Анна. — Но такие дела без согласования мужа не делаются.

— Семейная народная мудрость? — улыбнулась Катя.

— Типа того, — рассмеялась Анна, но тут же посерьёзнела. — Знаешь, что? Я рада, что Саша смог тебе помочь.

— Ты уже в курсе, что его помощь заключается в том, что лишь он один может ко мне прикоснуться? — уточнила Андросова.

— Да, знаю, но это немало.

— Ты о чём? — спросила Андросова.

— Мне кажется, это прикольно, когда всех, кроме своего любимого, ты можешь убить одним касанием.

— А кто тебе сказал, что он мой любимый? — тут же приняла защитную «стойку» Андросова.

— Пфф… — засмеялась Анна. — Я же женщина, я это чувствую.

— Подожди, и тебе совсем на это всё равно? — удивилась Андросова.