Княжий венец

И почто ж не ему такая краса досталась? Видал же, что тянется к нему, говорит ласково…

- Это потому, что я – простой охотник? - насупился мужчина.

- Это потому, что я – «Говорящая с Тьмой».

- Умения что ль твои? И что с того?

До трясучки захотелось к ней прикоснуться. Хоть разок! Сжал ее ручки, что на столе лежали, своими ручищами. Радостно на душе, до боли сердечной. Не стала она вырываться, да лучше б ударила – от сочувствия в ее глазах выть хочется. Заговорила спокойно и ровно, каждым словом будто ножом по сердцу.

- А то, что если бы сошлись мы с тобой, то через полгода вдовцом бы стал.

- Как это? – вытянулось у мужчины лицо.

- Объяснять долго. Просто знай. И ничего бы ты с этим не сделал.

- А он значит – сделал? – вспылил охотник.

Хмыкнула Тами.

- Вот через полгода и узнаем. От любви взаимной и ее силы все зависеть будет, - да только знала, сердцем чуяла, что все сложится. И не будет более висеть над ней проклятье двадцати шести лет.

Посмотрел на нее Воят долгим взглядом и медленно к окну отвернулся.

- Знал я. Еще когда уходил – знал, что потеряю. Видел, какими глазами на тебя князь смотрел. Так смотрят на женщину, что один лишь раз в жизни встречается. На жизнь или погибель.

- Не сердись на меня, Воят…

- Да чего уж там…, - повернулся к ней мужчина, - сам – дурак, поверил, что меня вдруг Боги счастьем более других одарят. Вроде бы и сердиться должен, а смотрю в глаза твои – и сердце поет. Ничего мне не надобно, только тебя видеть.

- Воят… - грустно улыбнулась она.

- Не утешай. Не маленький – выдержу. А ты ступай, Тамирис. Пока я не передумал и не полез с поцелуями, - обжег на секунду голодным взглядом и прикрыл веки.

- Я всегда буду рада тебя видеть, - встала она из-за скамьи.

- Иди уже, - охотник вновь открыл глаза и с теплой грустью посмотрел на девушку, - и, главное – себя береги. Да, и знай: пойму я, если «он» запретит даже здороваться со мной.

- Сейчас же не запретил прийти.

- Здесь – нет, а в столице правила другие. И ты там будешь другая. А потому, если мимо пройдешь – не обижусь я, не думай.