Клятва рыцаря

— Какой же глупой он меня считает! — возмущенно произнесла Элспет, глядя на вход в таверну, где исчез Кормак.

Покупая продукты, он улучил момент, чтобы переговорить наедине с одним из торговцев. Кормак отвел толстяка подальше, чтобы Элспет не могла услышать, о чем они говорят. Ей удалось уловить только: «таверна», «Энни» и «опытная девица». Этих слов, сопровождаемых сальными взглядами торговца, было вполне достаточно, чтобы понять — Кормак ищет проститутку."

"Это крайне разозлило Элспет. Мысль о том, что он целует другую женщину, прикасается к ней, перевернула у нее все внутри и породила стремление действовать решительнее.

Сначала Элспет решила зайти в таверну и дать понять Кормаку, как она возмущена, однако, услышав звуки, доносившиеся оттуда, она поняла, что там полно мужчин, многие из которых уже сильно пьяны и теперь шумно переговариваются и веселятся: Если сейчас войти туда, то еще до встречи с Кормаком можно легко нарваться на неприятности.

Затем Элспет подумала, что в кухне должен быть еще один вход, через который можно незаметно проникнуть внутрь и найти Кормака. Правда, она подозревала, что, обнаружив его с другой женщиной, она может испытать невыносимую боль. К тому же ей претила мысль поджидать у двери одной из комнат, пока он не выйдет оттуда, поправляя одежду. Вполне возможно, если она начнет стыдить его, он оправдается тем, что страсть, вспыхнувшая между ними, должна была найти какой-то выход.

Приготовившись к самому худшему, Элспет тяжело вздохнула и направилась к черному ходу. Она уже почти дошла до двери в кухню, когда едва не столкнулась с молодой полной женщиной, спешащей к той же двери. Элспет бросила на нее взгляд и мысленно выругалась.

Если ей не удастся перехватить эту женщину, Кормак обязательно подцепит ее.

— Ты Энни? — спросила Элспет, преграждая ей дорогу.

— Да. А разве мы знакомы? — Энни прищурила голубые глаза и торопливо откинула прядь золотистых волос с миловидного лица. — Я не могу стоять здесь и болтать. Старина Джордж сказал, что меня ждет молодой человек приятной наружности.

— Я знаю это, но, если ты примешь его, я сделаю так, что ни один мужчина больше никогда не подойдет к тебе.