Киндер сюрприз для миллиардера

- Спросила бы лучше, получил ли этот ху… дожник в ответ, - буркнул я, снимая пальто.

- У меня будет лошадка в яблоках! - запрыгала от радости Маруся. Я в ответ расхохотался.

Играть с племянницей я не собирался, но она определенно заслужила пару крестовых походов к Бухастишу в замок.

- Никаких лошадок! - цыкнула на дочь Марина. Ну просто мать-ехидна! - У нас с дядей Андреем серьезный разговор.

- А Славик с ним не приехал? - уточнила Маруся, хотя прекрасно видела, что никакого Славика рядом со мной нет.

А я вдруг от ее слов испытал такую щемящую потребность увидеть этого пацана, что даже удивился сам себе.

- Не приехал, - сказал я тихо, присаживаясь перед племянницей на корточках. - Но обещаю, мы обязательно навестим тебя с ним вместе совсем скоро.

Маруся смотрела на меня с сомнением, которое, впрочем, очень быстро исчезло с ее лица. Кивнув мне и улыбнувшись так, как могут делать только дети, она убежала к себе, и я оказался в руках той, кто жаждал подробностей драки с хахалем Победовой.

- Ну! Рассказывай уже, получил ли этот художник в ответ! - потребовала Марина ответа, и я поведал ей все из первых рук.

Я действительно соскучился по Славику. На следующий день понял это окончательно. А еще осознал, что мы с ним не виделись чертову уйму времени.

Нахмурившись, я постучал пальцами по столу. Наверняка, если попросить Викторию привезти сына к нам в офис, я получу отказ.

К послеобеденному времени я понял, что довел себя этими размышлениями едва ли не до ручки. И еще - что мне требовался свежий воздух, куда я и отправился, потому что важных дел на работе больше не было. Вообще-то я предпочитал пробежки, но на этот раз просто добрался до парка, где и стал расхаживать туда и обратно по обледеневшим дорожкам. Победова как раз ушла с работы чуть раньше. И слава богу. Не станет маячить передо мной немым напоминанием, в какой заднице я со всем этим оказался.

"Нет, это не могло так больше продолжаться! Все эти хождения вокруг да около, которые способны были привести только к еще большей запутанности. Мне нужна была правда. Мой ли сын Слава? Хочет ли меня Вика точно так же, как хотел ее я? Вот что, черт бы все побрал, интересовало меня в первую очередь! И от собственного бессилия в получении ответов на эти вопросы я, кажется, начинал сходить с ума.

Выход был один.