Хроники Заводной Птицы

А то заявится лысый коротышка: «Привет! Я личный секретарь господина Ватая». Все ж со смеху умрут. Так я говорю, Окада-сан?

Я молчал."

"– Значит, я для сэнсэя обделываю разные делишки… ну, то, что другим видеть не положено… темные, так сказать. Всякое такое… неофициальное. Скрипач за сценой. Я в таких делах спец. Кумико-сан, к примеру. Хотя, Окада-сан, вы, бога ради, не подумайте, что приглядывать за ней мне в тягость. Ничего подобного. Жалко, если от моих слов у вас такое впечатление сложилось. На самом-то деле все совсем наоборот.

Ведь у сэнсэя, кроме Кумико-сан, другой сестры нет. Он так ею дорожит! Поэтому это поручение – присматривать за ней – такая честь для меня… Честное слово!.. Не посчитайте за наглость, Окада-сан, нельзя ли попросить бутылочку пива? От этих разговоров в горле пересохло. Я знаю где – сам возьму. Похозяйничал тут немного, пока вас дожидался, – слазил в холодильник.

Я кивнул. Усикава поднялся, сходил на кухню и достал из холодильника пиво. Вернувшись на диван, он с видимым удовольствием присосался к бутылке.

Его крупный кадык двигался под кожей над узлом галстука как живой.

– Что может быть лучше под конец дня, чем бутылочка хорошенько охлажденного пива? А, Окада-сан? Кое-кому, есть такие – чересчур разборчивые, слишком холодное пиво не нравится. Вот уж никогда не соглашусь. Первая бутылка должна быть такая холодная, чтобы даже вкус как следует нельзя было разобрать. Вторую можно так сильно не охлаждать, но первая как лед должна быть, чтоб аж в висках ломило. Вот как я люблю.

Не отрываясь от подпорки, я глотнул пива из своей бутылки. Усикава, плотно сжав губы, оглядел комнату.

– Должен отметить, Окада-сан, у вас здесь чистенько, даже без жены. Браво! А я, стыдно сказать, совсем свой дом запустил. У меня там настоящий бардак. Помойка, свинарник. Ванна больше года не мыта. Забыл сказать: моя жена тоже от меня ушла. Пять лет назад. Так что я вам сочувствую, Окада-сан. Вернее… может, я неточно выразился… я вас понимаю. Не-е… у меня так, как у вас получилось.

Жена сбежала, а по-другому и быть не могло. Муж я никудышный оказался, хуже не придумаешь. Значит, и нечего жаловаться. Наоборот, шляпу надо перед ней снять за то, что столько лет меня терпела. Если бы вы знали, какой я отвратительный муж. Шлея под хвост попадала – бил ее часто. Никого другого пальцем не могу тронуть, а ее поколачивал. Каков подлец, а? Блошиная душонка! На людях я тише воды, ниже травы, меня можно и Быком называть, и как угодно. Все проглочу.