Хроники Заводной Птицы

И когда я пришла в себя, я была уже другим человеком.

Крита Кано замолчала и взглянула на меня.

– Вот что тогда случилось, – тихо сказала она.

Я молчал и ждал, что она скажет дальше.

14. Новое «я» Криты Кано

Крита продолжала рассказ.

– Несколько дней после этого я жила с ощущением, будто мое тело расчленили на части. Когда я шла, ноги мои земли не чувствовали, ела – не понимала, что жую, а стоило сесть и успокоиться, как на меня наваливался кошмар – я то без конца проваливалась куда-то, то на чем-то вроде воздушного шара уносилась в какие-то заоблачные выси.

Телодвижения и ощущения не совпадали больше с моей физической сущностью. Они жили как бы сами по себе, без всякого отношения к моим намерениям, без всякой системы и направления, и я не знала, как усмирить этот жуткий хаос. Оставалось только одно – ждать, пока все не восстановится. Я говорила домашним, что неважно себя чувствую, и с утра до вечера сидела, запершись в своей комнате, почти ничего не ела.

В таком смятении прошло несколько дней.

Дня три-четыре, наверное. А потом вдруг все успокоилось, улеглось, точно после жестокой бури. Я огляделась вокруг, посмотрела на себя и поняла, что стала новым человеком – не такой, как раньше. Это было мое третье «я». Первое изводилось от бесконечной непереносимой боли. Второе боли не чувствовало и вообще ничего не воспринимало. Первое было моим изначальным «я», которое никак не могло избавиться от угнетавшей меня боли. Когда я все-таки попыталась сделать это – я имею в виду неудачное самоубийство, – родилось второе «я», так сказать, промежуточная форма. Мучившая меня физическая боль на самом деле исчезла, но вместе с ней отступили и потускнели все остальные ощущения. Ушла боль – ушло все: воля жить, физические и душевные силы. И вот этот необыкновенный переходный период кончился, и появилось новое «я». Должна ли я теперь быть именно такой? Я сама еще не понимала. Но было ощущение, пусть смутное, неясное, что я двигаюсь в правильном направлении.

Крита Кано подняла голову и пристально посмотрела мне в глаза, точно хотела узнать, что я думаю обо всей этой истории.

Руки ее по-прежнему лежали на столе.

– То есть ты хочешь сказать, что это он сделал из тебя новую личность? – спросил я.

– Мне так кажется. – Крита несколько раз кивнула головой. Лицо ее при этом оставалось бесстрастным, как дно пересохшего пруда. – От его ласк и прикосновений я первый раз в жизни испытала невообразимое сексуальное наслаждение.