Хозяйка забытого княжества, или Новогодье в замке Дракона

- Ты о ведьме?

- Да. Не вышло со мной. Решили уничтожить мою пару. Ту, которая однажды уже спасла меня от смерти, и которой я вручил своё сердце.

Почти незнакомец очень близко. Властный, уверенный в себе. Его шепот пьянит. Близость возбуждает и сводит с ума. Тело – которую минуту звенит от напряжения. В груди ноет болезненный ком желания, а низ живота сводит сладким приступом истомы.

- Кто же ты?

- Твой муж.

- А кто ты еще?

- Ты знаешь ответ.

Шепнув прямо в ухо, он легонько прикусил за мочку теплыми губами, заставляя выгибаться в его руках.

- Скоро мы встретимся, любовь моя. Не верь своим глазам. Не верь ушам. Слушай только сердце. Оно не обманет.

- Не понимаю.

- Ты – моя пара, Летта. Умная, прекрасная, добрая, отзывчивая пара, дарованная проклятому и растоптанному дракону, заточенному в замке предков. Верю, ты все поймешь, когда мы встретимся. И сделаешь правильные выводы.

Растекаясь в умелых мужских руках мягким воском, я вдруг осознала, что прежде не испытывала столь сильных чувств и столь острого, обжигающего оголенные нервы, желания.

- Назовёшь своё имя?

- Эван, - ответил таинственный незнакомец.

Выдержал паузу и, пока я осмысливала загадочные слова, пылая, словно свечка в сумраке зимнего сада, поцеловал в макушку и добавил:

- Тебе пора.

На языке вертелась масса вопросов.

Притяжение между нами сводило с ума, и я хотела знать – почему.

Хватая воздух ртом, попыталась развернуться к мужчине лицом, но пол под ногами предательски закачался.

Лицо пылает. Голова – неподъемная, мысли – тягучие и неповоротливые.

С трудом разлепила глаза и несколько минут невидяще смотрела на полупустые прилавки впереди, но ясности это не добавило. Из ступора вырвал женский вскрик из толпы.

- Ведьма! Там ведьма!

Суеверные горожане притихли, а затем дружно отхлынули от того места, куда указывала горожанка. А именно – на край площади, обнесенный невысоким заборчиком.

Жгучая боль между лопаток (будто все это время кто-то сверлил спину гвоздём) внезапно пропала. Безмолвная тишина, что сжимала в леденящих объятиях, выпивая тепло и жизненную энергию, отпустила.

Я снова могла двигаться, дышать, говорить. Оглянулась за остальными, различая удивительную картину. На сугробе валялась кем-то брошенная плетеная из ивы корзина, и из нее валил едкий густой дым, постреливая искрами черной магии.