Хозяйка проклятого острова

Выдохнув, он уложил бывшую фаворитку на землю, а затем бросился к Диане.

Но слова все еще звучали. Проклятый Дух набрал достаточно силы, чтобы самостоятельно завершить заклинание.

Круг! Надо разрушить круг.

Джерард успел лишь коснуться камней, как его самого откинуло прочь. Мимо пронесся Ормонд ле Блесс.

Даже в лучшие свои времена Ормонд вряд ли осмелился бы на подобный прыжок. Но сейчас его вело особое чувство. И оно придало ему сил.

Оттолкнув принца в сторону, он вытянул руки и упал.

Над фитилями упавших свечей взвилось багровое пламя. Такое огромное, что оно лизнуло свод пещеры, оставляя на нем следы копоти.

Камешки заискрились.

Сила, копившаяся внутри круга, рванула наружу ослепительно-белым огнем, обжигая Ормонда, сдирая с него кожу, ломая кости. А затем устремилась к обелиску, у подножья которого лежала Диана.

– Нет! – Дух завыл, позабыв о заклинании.

Теряя клочья мрака, он метнулся наперерез огненной волне.

– Арадар! – прозвучал женский голос. Неожиданно звучный и властный. – Ты проиграл. Силой и волей Безымянной богини изгоняю тебя!

– Рушка? – удивленно выдохнул Джерард.

На его глазах сотни раскаленных добела стрел вонзились в гранит. Обелиск затрещал, распадаясь на части, словно хрупкий фарфор.

– Нет! – раздался истошный вопль.

А затем остатки обелиска осыпались, превратившись в песок. Песок обратился в пыль.

Дух засветился. Заметался, рыча и стеная. Казалось, в кромешной тьме, из которой он был соткан, кто-то проделал дырки, и теперь сквозь них сиял свет. Такой яркий, что Джерард прикрыл глаза рукой.

В какой-то момент сгусток тьмы стал сгустком света. А затем пещеру сотряс подземный толчок.

С потолка посыпались мусор и осколки камней.

Медлить было нельзя. Подхватив Диану на руки, Джерард бросился к выходу.

Рушка успела добраться только до середины тоннеля, а принц уже спешил обратно в пещеру.

– Присмотри за ней! – приказал он старой женщине. – Я должен спасти Ормонда и Инесс.

Она молча посторонилась, а затем смотрела ему вслед, пока он не исчез во мгле.

Из глубины подземелья все чаще раздавались толчки. Их сила постепенно росла.