Хозяйка княжеского дома

Я отчëтливо ощутил, что не то что до восхода, я до заката не дотяну.

Что я мог ей ответить?!

Умолять держать меня за руку, потому что мне страшно? Я был до отвращения жалок. Я был себе омерзителен, но всё равно просил.

И Бьянка снова не упрекнула, накрыла мои пальцы ладонью и спокойной пообещала быть рядом."

"Когда она меня отпустила, мне хотелось клясть еë последними словами за то что отнимает якорь, державший меня, не позволявший скатиться в безумие ужаса, и одновременно умолять вернуть ладонь. Ради её прикосновения я был готов унижаться.

Отвратительно.

Не достойное поведение для князя.

Бьянка сидела рядом, как и обещала, но… недостаточно рядом.

Я был один, когда меня поглотила беспросветная тьма, и я исчез, перестал существовать.

Интерлюдия 2

Тепло еë руки – первое, что я почувствовал. Даже не так. Это было единственное ощущение, пока я вечность балансировал между явью и небытием.

Мне было хорошо, хорошо как никогда в жизни.

Я жив?!

Осознание, что я перепутал, что я принял за смерть всего лишь глубокой лечебный сон, наведённые то ли чарами, то ли зельем, разбило хрупкое блаженство, и я проснулся.

Я дышу, чувствую лëгкий голод и чувствую подушку под головой. Бьянка рядом. Я не могу повернуться к ней, но могу скосить взгляд. И мне становится не по себе. Бьянка подтянула к дивану мягкое кресло, полусидит-полулежит, перевалиашись через подлокотник и уткнувшись носом в диван. Она спит в неудобной кривой позе… только потому что я, как последний слабак, ныл и просил держать меня за руку.

Я сдохну от стыда…

Бьянка вздрагивает, поднимает голову. Сонная растерянность медленно тает, взгляд проясняется. У неё очень красивые глаза, яркие, голубые… Бьянка ловит мой взгляд, и еë лицо озаряется внутренним светом. Расцветает улыбка. Ей удивительно идëт. Невольно хочется улыбаться в ответ. Глядя на неë, невозможно продолжать чувствовать себя ущербным. Её света хватает на двоих, хватает, чтобы заполнить зияющую дыру в моей душе.

– Доброе утро, – она крепче сжимает мои пальцы. – Как спалось? Как ты себя чувствуешь, Даниэль?

Доброе утро, Бьянка.

Язык лежит бесполезным лоскутом, и мне остаëтся только дважды поднять взгляд.