Хотите быть герцогиней?

– Какая вы смешная! Вы боитесь, что я – именно я! – буду переживать из-за того, что у вас не хватает этого дурацкого пальца. – Он ткнул себя в покрытую шрамами щеку. – Вы на меня-то посмотрите.

– Но это другое! Вы были ранены на войне. Это знак вашей доблести. А я ношу отметину в результате собственной глупости.

– Я вижу глупость лишь в том, что вы хотели скрыть эту отметину от меня.

Эмма склонила голову набок.

– Несколько лицемерное заявление, вы так не считаете?

– Нет.

– Вы попали впросак, прямо-таки вляпались в него.

– На самом деле оно нашло меня само. Врезалось в меня. – Эш перевалился на бок и приподнялся на локте. – На поле Ватерлоо, в виде снаряда Конгрива. Мощная штука, почти невозможно навести на цель. Один такой снаряд случайно развернуло прямо на нас, и мне повезло стать мишенью.

Эмма молча смотрела на мужа, не осмеливаясь произнести даже слово из боязни, что он снова замкнется, уйдет в себя.

– После моего ранения, придя в сознание, в бреду нестерпимой боли и при ощущении того, мое тело лишилось некоторых частей, я поспешил убедиться, что мой член все еще при мне.

Эмма улыбнулась:

– И я рада. Я никогда не испытывала ничего подобного.

– Соблазнительно было бы принять это за комплимент, но я не уверен, что стоит обольщаться, учитывая ваш ограниченный опыт по этой части.

– Может быть, мой опыт не такой уж скромный, как вы полагаете. Я… – Эмма собралась с духом. – Я не девственница, то есть я хочу сказать, что не была невинна, когда мы с вами встретились.

В комнате повисло тяжелое молчание. Под этой тяжестью ей стало трудно дышать.

– Вы молчите? – Эмма наконец осмелилась подать голос. – Неужели вам нечего сказать?

– Позвольте, я угадаю. Тот мальчишка у вас дома?

– Да. Я знала, что это неосмотрительно, но пережила настоящее приключение. Мой отец не допускал компромиссов, а я всегда была немного бунтаркой.

– Я заметил.

Эмма никогда не была паинькой, как ни старалась. Было нелегко понять, чего вообще от нее требовал отец.

Несомненно, именно это в конце концов и привело ее к беде.

– Он был сыном местного сквайра, – продолжала рассказывать Эмма. – Тремя годами старше меня. Иногда мы случайно встречались во время прогулок. Мне льстил его интерес.