Хотите быть герцогиней?

Так бывает с портнихами после долгих лет кропотливого шитья при свете свечи. Я сама могу читать только по часу, а я ведь проработала всего шесть лет.

Ее слова произвели в нем странный эффект. Ему захотелось свернуть Эмму в клубок и заключить в объятия – навечно, чтобы ничто и никогда больше не могло ее ранить или испугать.

– И кроме того, это такая красивая ткань! – Она погладила край упавшей шторы. – Этому бархату найдется куда более достойное применение.

– Нет. – Эшбери поставил точку – и в прямом смысле тоже, каблуком пригвоздив ручей синего бархата к полу.

– Что вы мне запрещаете? Вы даже не знаете, о чем я подумала.

– Знаю. У вас возникла смехотворная идея сшить платье из занавески. И я это запрещаю.

Она осеклась и покраснела.

– Я…

– Вы, – перебил он, – теперь герцогиня. Вам положено покупать платья в магазинах. Вам положено приказывать слугам забираться на лестницы. И больше я на эту тему ничего не желаю слышать.

Жена, которая ему досталась, питала исключительную любовь к экономии.

Разумеется, она не покажется на людях в платье из занавески.

– Завтра вы закажете себе полный гардероб. Я прослежу, чтобы вам открыли кредит во всех лучших магазинах на Бонд-стрит.

– В мастерской мадам Биссетт шьют лучшие платья в Лондоне. И там мне не придется корчить из себя невесть кого. Но как я могу вернуться в мастерскую в качестве заказчицы, если всего пару недель назад была там простой швеей?

– Так это и будет самая приятная часть представления. Подумайте, как они станут вам завидовать! Восстановление справедливости за то, что они вас недооценивали.

– Не сомневаюсь, другие женщины не упустили бы возможность позлорадствовать! Но не я. Мадам Биссетт дала мне работу и многому научила.

– Да, – сухо согласился Эш. – Это мне хорошо известно.

Эмма спохватилась:"

"– Простите меня! Я не хотела напоминать вам о мисс Уортинг.