Хочу тебя навсегда

Видимо, я случайно задела локтем гору треклятых документов, потому что они вдруг один за другим с глухими ударами стали падать на пол. Негромко выругавшись, я наклонилась, чтобы поднять бумаги, спиной чувствуя прожигающий взгляд Войнова.

Наиглупейшая ситуация! Как будто мне было мало унижений перед этим мужчиной!

Собрав несколько папок в руки, я распрямилась и положила их обратно на стол, а затем опять нагнулась, чтобы подобрать остальные.

- Ярцева, вы что, издеваетесь? - раздался хриплый голос Войнова.

Я резко развернулась к мужчине и непонимающе посмотрела на него.

Вид у Даниила был злой, а грудь высоко вздымалась. Неужели он так бесится из-за того, что я уронила чертовы документы? Так я же их поднимаю!

- На улице ноль градусов, а вы в чулках, - как-то растерянно выдал он.

Блин! Выходит, пока я собирала бумажки, моя узкая юбка, задравшись, продемонстрировала начальнику гораздо больше положенного.

- Может, мне лучше их снять? - пошутила я, пытаясь разрядить обстановку. Его слишком пристальный и мрачный взгляд не предвещал ничего хорошего.

Но, кажется, Войнов от моих слов лишь больше напрягся.

- Насть, ты испытываешь мое терпение!

Он двинулся на меня и выглядел при этом довольно угрожающе, так что я интуитивно попятилась назад.

- Я же просил тебя одеваться скромнее! - мужчина продолжал напирать, а в серых глазах светилась настоящая ярость.

- Да нормально я одета, просто юбка задралась... - лепетала я, когда внезапно впечаталась спиной в дверь.

Даниил вновь загнал меня у угол, как тогда, в архиве.

Но на этот раз в его лице читалось что-то хищное, дикое и невообразимо опасное. Он остановился напротив меня на расстоянии дыханья, а в следующую секунду я услышала, как в замке повернулся ключ. Войнов закрыл свой кабинет изнутри.

40

- Что ты делаешь? Хочешь меня убить? - нервно хихикнула я, но Даниил не дал мне договорить.

- Замолчи! - выдохнул он мне в губы, а затем впился в них долгим глубоким поцелуем.

В мозгу шевельнулась вялая мысль о том, что надо бы его оттолкнуть, поставить на место, показать, что со мной нельзя играть в кошки-мышки.

.. Но стоило языку Войнова приоткрыть мой рот, как эта мысль сдохла, уступив место размышлениям о том, как бы побыстрее снять с него рубашку.

Я крепко обхватила руками его сильный торс, не веря своему счастью. Он запустил руку в мои волосы и с силой прижался ко мне. Казалось, что мы горим от непомерно сильного желания, что наша кожа вот-вот начнет дымиться, а одежда вспыхнет ярким пламенем.