Хочу тебя навсегда

Я изо всех сил старалась отогнать мысли о нем куда подальше, но они, как назойливые мухи, то и дело лезли в голову.

Из-за этого работать было совсем в тягость. Отчаянно хотелось вернуться домой, запастись чем-нибудь вкусным и вредным, включить романтическую комедию и залезть под одеяло. Обычно я не впадала в подобного рода крайности, но, учитывая плачевное состояние моей личной жизни, пора было начинать.

После обеда Кирилл Петренко заявил, что экспертное заключение по делу Зорича готово и направил меня в суд для ознакомления с ним.

В ходе разбирательства с захватом ООО ""Аккопол"" суд истребовал то самое решение, в котором стояли поддельные подписи нотариуса и Зорича. Когда оно поступило в материалы дела, Немцова ходатайствовала о назначении экспертизы подписи.

Если честно, я думала, что на этом процесс будет завершен: эксперт подтвердит, что  подпись на документах поддельная, и мы, выиграв суд, с триумфом вернем Зоричу его компанию.

Но не тут-то было.

Читая отчет, я не смогла сдержать стон, полный досады: эксперт не смог дать ответ по существу поставленных судом вопросов.

Я была совершенно обескуражена таким выводом и на всех парах понеслась обратно в офис. Там я первым делом направилась к Немцовой, но, сколько я не барабанила в дверь ее кабинета, мне так никто и не открыл.

Спустившись на первый этаж, я спросила у ресепшионистки, где Лариса Аркадьевна, и выяснила, что она будет в офисе только ближе к вечеру. Тогда я вновь поднялась на второй этаж и, приблизившись к кабинету Войнова, замерла в нерешительности.

С одной стороны, мне нужно было обсудить с начальником неожиданный поворот по делу Зорича, с другой - я боялась вновь оказаться с ним наедине в закрытом пространстве.

Боже! В кого же я превратилась! На меня с моими трясущимися коленками теперь без слез не взглянешь! Не дать не взять Татьяна Ларина, сходящая с ума по Онегину! Аж противно!

Сделав глубокий вдох, я все же поборола панику, расправила плечи, несколько раз постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, распахнула ее.

- Даниил Романович, к вам можно?  - громко поинтересовалась я, шагая в кабинет.

- Да, проходите.

Войнов поднял на меня глаза, и на долю секунды в его взгляде промелькнуло что-то такое, чего я раньше не замечала. Грусть? Тоска? Горечь? Или мне показалось?

- Я по поводу оценки подлинности подписей, - крепко сжимая папку с документами в руках, сказала я.