Хит

Мак обратила внимание, что это были совсем не те фоторепортеры, которые обступили с камерами ее на ступеньках здания Верховного суда после ее выступления на процессе по делу убийцы Стилетто. Эти ребята кормились светской хроникой, и охотились они за кинозвездами, богатыми наследниками и особами королевских кровей. Даже если среди них и был кто-то из тех фотографов, вряд ли бы здесь и сейчас он узнал в ней ту испуганную свидетельницу.

Мак вдохнула полной грудью.

Ты это сделаешь. Это несложно.

Ее водитель повернул машину на подъездную аллею, и фоторепортеры с интересом воззрились на сверкающую «ламборджини»: авто величественно проплывало мимо них, почти скользя по земле.

Пара коротких фотовспышек — и Мак уже запечатлена на пассажирском сиденье; это ее удивило. Настроение в толпе репортеров мигом изменилось. Мужчины затушили свои сигареты и ринулись к воротам, поднимая камеры. Охранники двинулись широким фронтом, оттесняя толпу измученных ожиданием папарацци от машины, освобождая Мак дорогу.

Начинается.

Мак решила, что только этот маскарад позволит ей исполнить задуманное. Если она справится со своей ролью, у нее будет шанс проникнуть за каменную ограду, усыпив бдительность охраны.

Вперед.

Болезненно худой раб Бренды Бейл, Хулио — дилер автосалона люксовых марок, ведший ночную жизнь фетишиста и напоминавший Мак героя мультика-страшилки Рифа Раффа, — сидел за рулем в дорогом черном кителе, взятом напрокат, и водительской фуражке. Он остановил машину и вышел, чтобы открыть дверь и помочь выйти своей пассажирке.

В это время та сидела неподвижно, положив на колени изящную сумочку, а поверх нее — руку на руку, стараясь сохранять хладнокровие, несмотря на учащенное сердцебиение. Дверца щелкнула, открываясь. Мак поставила на гравий сначала одну ногу, потом другую. Папарацци толпились возле машины, жадно выискивая глазами подходящий ракурс, пытаясь пробраться сквозь заслон охраны.

— Эй! Постойте. Остановитесь! — крикнул кто-то из толпы."

"Мак вышла из машины Хулио, и сразу вспыхнули фотовспышки.

Затворы камер трещали без остановки, и Мак щурилась от яркого света. Она прикрыла веки, и желтые круги поплыли перед ее глазами. Мак двинулась вперед как можно более вальяжно, откинув одну прядь волос за плечо, а другой чуть прикрывая лицо. В гордом одиночестве, напустив на себя важный вид, она продефилировала к дверям дома, играя главную роль своей жизни.

О-о-о.

Синяки и ушибы давали о себе знать, болезненно пульсируя.