Хазарская петля

Если кто-то прознает, о чем мы говорили, я тебе первому отрублю голову.

– Да, господин! Разве я когда-нибудь…

Шамат прервал слугу:

– Не болтай лишнего!

– Слушаюсь.

Шамат вернулся в шатер. Хмурый Хамзаят стоял у столба, служившего опорой для шатра.

– Что загрустил, Ильдар?

– Сначала ты показывал Адару свою растерянность, потом слушал его совет, в конце концов сделал этот совет планом наших действий и даже обещал возвысить бая Адара: сделать его вторым после себя. А ты не подумал, что со временем у Адара, который очень дружен с Кашуром и Гамизом и даже с Месиром, появится желание стать первым? Азиз и Тахат поддержат любого, им все равно.

Шамат поднял руку:

– Хватит! Садись на ковер.

Бек и старший нукеров присели.

– Ты считаешь, что я настолько глуп, Ильдар? – сказал, прищурившись, Шамат.

– О чем ты?

– О том же, о чем и ты.

– Не понимаю.

– Скажи, зачем я велел слуге следить, чтобы нас никто не слушал?

– Не знаю.

– Плохо, Ильдар. Мне соперник Адар не нужен.

– Значит, все, что ты ему обещал, обман?

– Назовем это хитростью. Согласись, он предложил дельный план по захвату Вольного.

– Согласен, и что?

– Это все, что от него требовалось.

– Я до сих пор не понимаю тебя, господин.

Бек подложил под себя подушки, взял кальян и затянулся дурманящим дымом.

– Адар пошлет гонцов к сотникам для объявления плана.

– Да.

– Но гонцы передадут не приказ Адара, а мой приказ!

– Согласен. Но так и должно быть.

– И кто будет знать, что этот план предложил Адар?

– Ты, он и я.

– Верно, гонцы не в счет. Я – в стане, ты верен мне. А Адар? Разве он не может сгинуть в походе? Нет, не в походе, а при разведке восточного перелаза?

До Хамзаята дошел смысл коварного замысла бека.

– Вот оно что. Тогда другое дело. Ты хочешь послать на разведку самого Адара?

– Да. Раз придется переправлять его сотню, то и перелаз должен проверить сотник.

– А гонцы? Они прибудут после, и их уже не заставишь идти вместе с баем.

– А разве гонцы всегда возвращаются? Тем более в такой войне, как сейчас?

Хамзаят рассмеялся:

– Адару в мудрости и хитрости далеко до тебя.

– Потому и вождь здесь я, а не он.