Хазарская петля

Беган взял за поводья коня Хамира:

– Слушай, брат, а что, если нам не возвращаться в аул?

– Как это? – удивился Хамир.

– Вступим в отряд хазар, нас возьмут. Там и воля, и деньги, и жилище, пусть поначалу и малое. В Хамлыхе много молодых женщин, девиц. Семьи заведем.

– А как же те, что остались в Кумерге?

– Не пропадут. А потом, как в силу войдем, детей забрать можно. А женщины? Шайтан с ними, они уже станут чужими женами.

Хамир покачал головой:

– Нет, Беган. Так делать нельзя. Нас же проклянут в роду, да и долго ли мы проживем в Хамлыхе, если бек Шамат прознает о нашей измене? Мы даже в рать хазарскую вступить не успеем, как нам в крепости перережут горло.

Беган кивнул:

– Ладно, ты прав, выполним задание и вернемся. Хорошо еще, что нам не надо говорить брату загубленного тархана о его смерти, а то, кто знает, как он отнесся бы к этому.

– Тимур Гальбар не посмел бы поднять руку на посланцев бека, войско которого нанимал на поиски брата. Тем более на людей вождя племени бележи.

– А ты мог бы подумать, что кто-то, – при этом Беган усмехнулся, – из простых нукеров может убить своего бая?

– Нет.

– Но это случилось. В жизни всякое может случиться. И гонцов убивают за дурные вести."

"Хамир воскликнул:

– Да ты просто боишься! Особенно после вчерашнего ночного происшествия.

Беган поднял голову:

– Я никого не боюсь, я всего лишь высказал сомнения. Или у тебя их не бывает? Ты что, веришь всему?

– Прекратим этот пустой разговор, Беган. Облако снесло в степь, можем ехать.

– Так мы и за три дня не доедем до Хамлыха.

– Нам бы до селения Кабачи добраться. Там большой караван-сарай и местность вокруг ровная. Объедем.

– А если там встанет и этот караван?

– Да и шайтан с ним. Найдем, где переночевать. Селение большое. Люди дадут нам приют за деньги.

– У тебя есть деньги?

– Бек дал немного.

– Сколько?

– Хватит, чтобы переночевать, и на время, пока не встретимся с тарханом.

– Ладно. Поехали.