Катастрофа в подарок

– Братик, ты вспомнил о сестре в такой вечер?

– Мне нужна твоя помощь и срочно!

– А с чего я обязана куда-то спешить?

– Ты должна мне за отмазку от свидания с Олегом!

– Ты никогда ничего не забываешь?

– Нет! Ты же знаешь: в нашем роду у всех идеальная память!

– Даже у пришибленной Ольги?

Лев услышал шипение старшей сестры и какую-то возню. Он усмехнулся, в который раз удивляясь, как сёстры до сих пор не поубивали друг друга.

– Ты там жива?

– Ты же знаешь – я всегда выхожу победительницей!

– Вот поэтому-то тебе и звоню! Постарайся, чтобы наш разговор никто не услышал, – Иванов обернулся, заметил на себе пристальный взгляд швейцара и решил, что лучше говорить шёпотом.

Илона коротко хохотнула. Послышался звук отодвигаемого стула и стук каблучков по мраморному полу гостиной.

– Не так уж часто услышишь похвалу из уст брата, видно, сильно тебя там прижучило.

Лев повернулся спиной к любопытному стражу дверей и негромко ответил вопросом на вопрос:

– Ты уже не за столом?

– Да! Говори спокойно, что случилось, а то начинаю чувствовать себе доктором Ватсоном.

Директор школы знал, что несколько последних фильмов, снятых по роману Артура Конан Дойла, заняли прочное место в копилке, любившей детективы сестры. Он несколько секунд соображал, как лучше сформулировать необычную просьбу.

Илона нетерпеливо повторила:

– Так что там случилось, Шерлок?

– Непредвиденные обстоятельства. Мне нужна ты и твои вещи.

– А конкретней?

– Девушка, которую я пригласил в ресторан, попала в беду.

Илона присвистнула и с ехидцей в голосе произнесла:

– Ты попытался её оприходовать прямо на барной стойке и разорвал платье?

Лев усмехнулся. Пожалуй, из сестры, с её проницательностью, и правда мог бы получиться отличный детектив, не втрави отец бедняжку в семейный бизнес.

– Насчёт платья ты попала в точку, а вот оприходовать пока не успел.

– Представляю, как ты переживаешь по этому поводу.

– По поводу платья?

– Нет! Что не успел воспользоваться очередной невинностью!

– Я никогда никого не принуждал!

– А как иначе назвать давление обаятельностью и искусством обольстителя? Ты насилуешь их морально!

– Ещё никто никогда не жаловался.

– Знают, что бесполезно!

– Я нуждаюсь в твоей помощи, а не в лекции о падении нравственности единственного и любимого брата.

– Так говори уже, не томи, а то развёл тут про барную стойку.