Каролина

— Интересно, чем ты можешь это подтвердить? — спросила Натали, заметив при этом, как вспыхнула Каролина.

Пьер, правивший лошадью, кашлянул.

— Мы подъезжаем к резиденции Бовизажей, мадемуазель. Хотите туда зайти?

Коляска подъехала к внушительному трехэтажному особняку в георгианском стиле. Натали с гордостью улыбнулась:

— Ну, как, нравится? Я очень его люблю. Конечно, этот дом совсем другой, чем Бель-Мезон, но, по-моему, отменно хорош. А за ним — очаровательный сад, уверена, один из самых красивых в городе.

Как только они достигли Хай-стрит — главной улицы города, девушки вышли из коляски и направились дальше пешком. Пьер следовал за ними на почтительном расстоянии. Уже было за полдень, и на рыночной площади царило оживление. Однако на рынок они не собирались, ибо Натали, выполняя поручение Алекса, должна была повести Каролину в магазины дамского платья.

Каролине показалось, что ее бесконечно долго поворачивали перед зеркалами: что-то примеряли, подгоняли по фигуре… Когда, наконец, платья были выбраны, а нижнее белье заказано, девушки отправились в магазин дамских шляп.

— Таково распоряжение Алекса, и я бы дорого дала, чтобы оказаться сейчас на твоем месте!

— Но я очень устала, — возразила Каролина, — и хотела бы вернуться домой.

— Потерпи еще немного, ведь ты не можешь ходить босиком!

Они отправились на Хай-стрит и зашли в магазин женской обуви, торгующий европейскими товарами.

Наконец дневная программа была выполнена, и Каролина, с облегчением вздохнув, опустилась на сиденье коляски."

"До Бель-Мезон они добрались почти на закате. Ни Алекса, ни Николаса не было дома, и женщины поужинали одни. Каролине казалось, что вечер тянется бесконечно, поэтому, сославшись на головную боль, она рано отправилась спать. Охваченная дремотой, девушка мечтала услышать, как открывается дверь в соседнюю комнату.

ГЛАВА 15

Прошло три долгих дня, прежде чем Каролина и Алекс снова встретились наедине. Каждое утро девушка вскакивала с постели ни свет, ни заря и тотчас бросалась к окну. Алекс в костюме для верховой езды и сапогах неизменно появлялся во дворе с первыми проблесками рассвета.

Он всегда выглядел бодрым и отдохнувшим, а простая одежда казалась на нем исключительно элегантной.