Каркуша или Красная кепка для Волка (СИ)

Похоже, идея со спектаклем ему приглянулась и теперь Псих вознамерился реализовать ее во что бы то ни стало.

Мнение общественности его, традиционно, не интересовало. А любые приведенные доводы тут же окажутся разбиты в пух и прах. Тем более, что железобетонных аргументов «против» у меня нет. Так что…

Ну почему бы и не попробовать? Что я теряю-то?

— Ладно, уговорил, — издав трагический вздох, я кивнула головой, стащив второй пирожок с подноса у Снегирева. Парень, видевший все мои манипуляции, только хмыкнул и поставил передо мной всю тарелку.

 — Правда, придется худфаку техническое задание менять… Ы-ы-ы, Сеня, ты, где раньше со своими гениальными мыслями был?! Меня ж сожрут и не подавятся!

— Пусть рискнут, — Псих моих стенаний не разделял, поднявшись из-за стола и кивнув Снегиреву. Тот, дожевав котлету поднялся следом за ним. — Главное не пытайся с ними ругаться. Просто передай от меня привет и пусть примут к сведению, что если что, я прекрасно помню дорогу на их факультет.

И на такой радостной, многообещающей ноте, Сеня растворился в толпе студентов, вырвавшихся с пар на обеденную перемену.

Что бы напомнить о себе смс, от звука оповещения коего я подпрыгнула на месте, судорожно ища старенький смартфон по карманам.

Нашла. Открыла входящее сообщения. И страдальчески простонала, уткнувшись лбом в столешницу:

— Сволочь ты, Сеня… Заботливый. Но сволочь! — и передразнила друга, недовольно доедая последний пирожок. — «Зная твой склероз, скинул твой номер нескольким потенциальным работодателям.

Попробуешь проигнорировать — притащу тебя к ним перевязанной упаковочной лентой». Вот же… Массовик-затейник от справочника по психиатрии!"

"Еще немного поворчав, для приличия, я сгребла оставленную Психом макулатуру в сумку и поспешила на поиски той самой троицы с худфака. Про себя надеясь, что устраивать расправу надо мной не будут. Ну, или по крайне мере ограничатся суровым выговором и подзатыльником. А то кто их знает, эти творческие личности?

Еще через две пары и несколько деловых встреч, я получила головную боль в плане чьей-то провальной посещаемости и успеваемости (хоть убей, не помню, кому так свезло-то), и философские размышления о тщетности бытия.

Опять-таки, чьего именно и, на всякий случай, выдала люлей и провинившимся студентам, и проморгавшим штрафников старостам. И только после этого я получила возможность перевести дух, ловко избежав столкновения с куратором и засев в небольшом кафе напротив главного корпуса.