Как до Жирафа…

Тогда бы не сводило челюсти от скуки.

Чёрт! Ну где же она?!

Я не выдержал и набрал номер Катерины. Стоящая впереди элегантная девушка в лёгком белом пальто, обернулась, поднося к уху телефон. Разлетелись в стороны распахнутые полы из белого кашемира, заструился, тут же вновь объяв красивые бёдра, синий шёлк. В свете заходящего солнца сверкнули синим огнём и золотом драгоценности в ушах. Тёмные, по-голливудски уложенные волосы взметнулись по плечам, и я столкнулся взглядом с холодной внимательностью потрясающе выразительных глаз.

Красавица произнесла чувственными алыми губами:

– Я слушаю вас, Андрей Викторович.

– Катерина?! – Я выронил трубку из рук и, забыв, что надо делать, поправил надо лбом и без того стоящие дыбом волосы. Меня обдало жаром и я пробормотал: – А я думал, вы опаздываете…

И незнакомая красавица сказала голосом моей офисный мыши, внезапно строгим и не заикающимся:

– На работу я никогда не опаздываю!

Глава 15"

"«Лучше один день быть человеком, чем тысячу дней быть тенью».

Не знаю, из каких закоулков моей памяти выскочила эта китайская мудрость, но я прочувствовала её сейчас до мурашек. Выражение лица царевича стоило безбожно залитой стены в кухне, запаха сырого бетона и одной вздыбившейся обоины. Ради его вытаращенных от изумления глаз я бы пережила и целый потоп.

– А почему волосы не кудрявые? – вдруг спросил Андрей Викторович таким тоном, словно я побрилась наголо и лысина вдруг оказалась мне к лицу.

– Положение обязывает[6], – ответила я любимой бабушкиной фразой и неспешно пошла ко входу.

Судя по звуку, царевич поднял свой телефон с тротуарной плитки и последовал за мной. Обошёлся без сарказма, надо же!

Когда он галантно предложил мне сложенную в локте руку, я удивилась и поняла ещё одну истину, которую не рассказывают в школе, а следовало бы, – чулки на резинках и правильно подведённые глаза обладают волшебной силой. Стоит хотя бы на минуту поверить в то, что ты красивая женщина, и внезапно в это верят другие.

Уже не первый мужчина провожает взглядом, а раньше меня будто не существовало.

Я переложила в правую руку клатч и ответила сухо, глянув вскользь на фотографов:

– Благодарю, не стоит. Люди способны истолковать превратно наши отношения.

Кажется, ему это не понравилось. Зато мне – очень. Я злорадно улыбнулась.

– Какая разница? И кому вы улыбаетесь? – придирчиво осведомился царевич, мгновенно справившись с эмоциями.

– Знакомому, – соврала я.