К востоку от Эдема

А грех вроде бы собственного нашего изобретения.

— Понимаю. Но почему же тебе легче от повести о Каине?

— Потому, — ответил Адам возбужденно, — что мы его потомки. Он наш праотец. И часть нашей вины — от наших предков. Нам не дали выбора. Мы дети своего отца. И не первые, значит, грешим. В этом оправдание, а оправданий на свете нехватка.

— Убедительных и вовсе нехватка, — сказал Ли. Иначе бы мы давно уж отмылись от нашей вины и мир не был бы полон удрученных, ущербных людей.

— Взгляните, однако, с иной точки, — сказал Сэмюэл.

— Я помню, возмутил меня Господь немного, — сказал Адам. — Каин и Авель оба дали, что имели, а Бог дар Авеля принял, Каина же отверг. Никогда я не считал это справедливым. Никогда не понимал. А вы?

— Возможно, тут надо учесть обстановку, — сказал Ли. — Мне помнится, эта повесть писана пастухами и для народа пастухов, а не крестьян-землеробов. Разве пастушьему Богу жирный ягненок не ценнее, чем сноп ячменя? Жертву требуется приносить от самого лучшего, наиценнейшего.

— Так. Понимаю тебя, Ли, — сказал Сэмюэл. — Но предостерегаю — не дай Бог тебе пуститься в свои восточные рассуждения при Лизе.

— Да, но почему Бог осудил Каина? — спросил Адам, волнуясь. — Это же несправедливо."

"— А ты вслушайся в слова. Бог вовсе не осуждал Каина. Но ведь даже Бог может отдавать чему-то предпочтение? Допустим, Богу баранина была милее овощей. Мне самому она милее. А Каин принес, скажем, пучок моркови. И Бог сказал: «Не нравится мне это.

— В Послании к евреям святой Павел говорит, что Авель был угоден Богу верой, — сказал Ли.

— В Книге Бытия об этом не упоминается, — сказал Сэмюэл. — Ни о вере, ни о безверии. Только о горячем нраве Каина.

— Как миссис Гамильтон относится к парадоксам Библии? — спросил Ли.

— Да никак: она не признает, что там есть парадоксы.

— Молчи, друг. Пойди к ней самой с этим вопросом. Вернешься постарев, но дела не прояснишь.

— Оба вы над этим думали, — сказал Адам. — Я же лишь мальчиком слушал вполуха. Значит, Каина изгнали за убийство?

— Да. За убийство.

— И Бог поставил на нем клеймо?

— Ты вникни в сказанное. Знамение, печать Каинова была на нем поставлена не для погибели его, а чтоб спасти. И проклятье — удел каждого, кто Каина убьет.