Извращенная Преданность

— К черту все это дерьмо, — прорычал Римо. Он схватил себя за руку и попытался вправить плечо. — Я не могу драться с этой гребаной бесполезной конечностью.

Я опустил руки.

— Значит, ты сдаешься?

— Нет, — сказал он. — Ничья.

— Ничья. — согласился я."

"В наших ссорах не было ничего, кроме связи, за исключением самого первого года, когда я был тощим ребенком, не знающим, как драться. Мы оба были слишком сильными бойцами, слишком привыкли к боли, слишком равнодушны к тому, живы мы или мертвы. Если мы когда-нибудь будем бороться до конца, мы оба умрем, без сомнения.

Я схватил с пола полотенце и вытер кровь и пот с груди и рук.

Зарычав, Римо наконец-то сумел вправить руку. Если бы я помог, это было бы быстрее и менее болезненно. Он никогда мне этого не позволит. Боль ничего для него не значила. Для меня тоже.

Я бросил в него чистое полотенце, и он поймал его раненой рукой, чтобы доказать свою точку зрения. Он высушил волосы, но сумел лишь размазать кровь из пореза по черным волосам. Он бесцеремонно выронил полотенце.

— Так почему же? — спросил я, снимая красные повязки с пальцев и запястья.

— Я хочу посмотреть, как там идут дела. Мне любопытно. Вот и все. И мне нравится знать своих врагов. Ты сможешь собрать больше информации, чем любой из нас, просто наблюдая за их взаимодействием. Но больше всего я хочу послать им ясный сигнал. — его темные глаза стали жесткими. — Ты же не собираешься играть в счастливую семью со своими сестрами и стать одной из комнатных собак Витьелло?

Я приподнял бровь.

— Я принадлежу Каморре. Когда они все бросили меня, ты взял меня к себе. Ты сделал меня тем, кто я есть сегодня, Римо. Ты должен знать, что не стоит обвинять меня в предательстве. Я отдам свою жизнь за тебя. А если придется, то я заберу с собой наряд и семью.

— Однажды ты получишь свой шанс, — сказал он.

Отдать за него свою жизнь или уничтожить другие семьи?

— У меня есть для тебя другое задание.

Я кивнул. Я ожидал этого. Он смотрел мне в глаза.

— Ты единственный, кто может приблизиться к Арии. Она слабость Витьелло.

Я сохранял бесстрастное выражение лица.

— Приведи ее ко мне, Фабиано.

— Живой или мертвый?

Он улыбнулся.

— Живой. Если ты убьешь ее, Витьелло взбесится, но если у нас будет его жена, он станет нашей марионеткой.