Извращенное Притяжение

Но Кей не будет доволен тем, как вы вдвоем протаранили его. Он подаст жалобу.

Я закатила глаза.

— Это незаконные уличные гонки. Если он не может вынести ожога, то должен прекратить играть с огнем.

Адамо усмехнулся и кивнул.

— Его жалоба, конечно же, останется без внимания.

— Потому что ты хочешь, чтобы я участвовала в финальном заезде, — сказала я, вызывающе улыбаясь.

— Потому что рискованные маневры повышают ставки. И у меня такое чувство, что ты совершишь еще более безрассудные шаги, как сегодня.

— Все дело в деньгах, да?

Я прислонилась к машине, выпуская клубы дыма. Я была знакома с бизнесом, которым занимались Адамо и его братья. Деньги и власть это все, что имело значение, но с Адамо создалось впечатление, что дело не только в этом.

— Призовой фонд за победу в главной гонке составляет 25 тысяч. Победа в сезоне 250 тысяч сверху. За исключением нескольких скоростных наркоманов с богатыми родителями, которые все равно никогда не выигрывают, каждый гонщик хочет получить этот приз.

Учитывая, что он и я оба происходили из денег, его уничижительные слова казались лицемерными, но я поняла, что он имел в виду. Он посмотрел мне в глаза, пытаясь копнуть глубже. Интересно, что сказал ему Римо? Возможно, полуправду, как мой отец. Если бы он знал все, то не смотрел бы на меня так.

Я улыбнулась.

— Нет, дело не в деньгах. Это то, что нас связывает.

Дима двинулся к нам, выражение его лица стало жестче, когда он заметил Адамо рядом со мной.

— Ты слишком рисковала, — сказал он по-русски.

— Есть вещи, ради которых стоит рискнуть всем, — ответила я по-английски, сверля глазами Адамо.

Адамо склонил голову с натянутой улыбкой.

— Поздравляю вас обоих с выходом в финал. Крэнк пришлет вам подробную информацию о нашем лагере, чтобы вы могли присоединиться к нам на следующей гонке. Если не появитесь без уважительной причины, вас дисквалифицируют до конца года.

Я кивнул.

— Мы будем.

Не сказав больше ни слова, он повернулся и направился к Крэнку, который регистрировал нас ранее.

— Он подозрительный, — пробормотал Дима. — Это может оказаться ловушкой.

Я подавила смешок.

— Ты параноик, Дима. Ловушки не будет. И я была бы разочарована, если бы он ничего не заподозрил. Это делает игру более интересной.

Дима покачал головой.

— Не забывай, что поставлено на карту.

— Никто, кроме меня, не знает, что на самом деле поставлено на карту.