Личные мотивы

— Ну, я готов, — раздался голос Гусарова. — Хотя, была бы моя воля, не ходил бы я на эти иголки. В третий раз курс прохожу, а толку никакого, как хромал — так и хромаю, ну, может, нога чуть меньше болит, но это «чуть» мне слишком дорого обходится: хожу как дурак каждый день, вместо того чтобы сидеть дома и наслаждаться жизнью.

— Так не ходите, — сказала Ангелина, ставя тарелку в сушилку для посуды. — Кто вас может заставить?

— Да перед Люсей неудобно, она так старалась для меня этого китайца найти: и чтобы специалист был хороший, с репутацией, и чтобы от нашего дома близко.

Он надел ботинки в прихожей, натянул куртку, окинул глазами поверхность полочки для ключей, похлопал себя по карманам и поморщился.

— Черт, где же ключи? Куда я их сунул?

Ангелина Михайловна проявила сочувствие и принялась вместе с хозяином искать ключи, советуя ему посмотреть то там, то тут.

— Я уже опаздываю, — с паникой в голосе произнес Гусаров. — Куда же ключи могли деться? Если я сейчас уйду, как я потом домой попаду? И не идти нельзя, завтра воскресенье, врач не работает, и у меня получится перерыв в два дня, а он говорит, что это плохо, эффекта может не быть. Люська расстроится! Что же делать, Ангелина Михайловна?

— А давайте я у вас посижу, пока вам будут иголки ставить, — предложила Ангелина.

— Вы — ангел! — радостно воскликнул Лев Сергеевич и от полноты чувств чмокнул соседку в макушку — он был намного выше ростом. — Так я пошел?

— Идите, голубчик, идите.

Сорокина закрыла за ним дверь и облегченно вздохнула. Кто сказал, что актерский хлеб легок и приятен? Да с тебя семь потов сойдет, пока будешь изображать то, чего на самом деле не думаешь и не чувствуешь.

"Оставшись в одиночестве в соседской квартире, Ангелина Михайловна принялась аккуратно и методично обыскивать все более или менее подходящие места, в которых мог бы храниться небольшой предмет — либо видеокассета, либо кассета магнитофонная, либо записная книжка, либо блокнот, либо конверт с фотографиями. Больше ничего ей на ум не приходило, да и Максим со Славиком ни о чем другом не говорили.