Измена. Рога тебе к лицу!

Но я опасаюсь показывать, где живу… Давай прошвырнемся за покупками?

— Встретишься с сыном где-нибудь в кафе?"

"— Думаю, да. Не то, чтобы я не доверяла детишкам, но.… дочка не понимает, почему я развожусь с Макаром, как будто его блядок недостаточно… А все остальное пересказывать… имею ли я право трясти нашим грязным бельем на глазах у детей? Он их отец… Пусть им и остается.

— Ты очень… Очень великодушна! — восхитилась Венера. — Поехали.

***

Аркадий приехал на место встречи даже раньше меня.

Прошло несколько дней, и за это время сын будто вытянулся в росте ещё больше.

Оброс, исхудал, взгляд стал глубже. Он сильно повзрослел за это время и недоуменно смотрит на мое лицо, где слева под скулой виднеется синяк.

На руках и ногах тоже есть синяки, колени содраны, как у пятилетки. Но все это я скрыла брючным костюмом, а лицо, увы… Подкрасила, да, но не стала накладывать тонны штукатурки.

— Батя в больнице весь избитый. Ты с синяком… Вы с ним подрались, что ли? — спрашивает сын.

— И тебе здравствуй, Аркаш.

У вас с Дашей, что, функция поздороваться и спросить как дела, совсем атрофировалась, что ли? — вздыхаю я.

Вместо ответа сын занимает место за столиком, заказывает себе двойной американо, барабанит пальцами по столу.

— Что ж, ты выбрал быть невежливым свинтусом… — поднимаюсь я.

— Мам, присядь. Пожалуйста. Разговор есть, — будто сквозь силу говорит он, указав на кресло, смотрит на Венеру. — У тебя новая подруга? Где ты живешь?

— Неважно. Было бы важно, раньше спросил, что ли… — усмехаюсь я.

— Поинтересовался, как дела, мам… Мам, а ты не слегла ли с сердечным приступом? Вдруг тебе стало плохо после всего?

Аркадий хмурится.

— Мам, не сыпь соль на рану! Ты же знаешь, я Катьку искал! С ног сбился… Ни ел, ни спал….

— Нашел?

— У чёрта на куличках! Нашел! Аборт не сделала она… — вытирает пот со лба. — И не сделает, но…

— Но.…

— Но свадьбы не будет. Вот так. Замуж она за меня не пойдет. Говорит, типа не против, чтобы я был отцом, участвовал в жизни ребенка и все такое.

Деньгами вкладывался, само собой. И на этом все… Между нами все кончено, — говорит расстроенно. — Я и так, и сяк. Ни в какую. А к свадьбе уже все готово. Я столько бабла туда влил… И вы с отцом тоже…

— О да… Мы — тоже. Мы — очень много… Несоизмеримо больше тебя, Аркаш.

Впрочем, я не испытываю грусти по этому поводу. Кошельком тряс Макар, причем тряс громко, звонко и напоказ.

Вот и натряс…

— Я теперь как лох! Меня перед свадьбой кинули! — зло говорит Аркадий.