Измена. Рога тебе к лицу!

Я даже не пытаюсь быть вежливым.

— Ты едешь с моим человеком в клинику, и все проверят. Точка.

— Ты мне не доверяешь? — оскорбленно метнула на меня взгляд. — У нас порвался презерватив!

— Но утром ты выпила таблетку экстренной контрацепции. При мне, — напоминаю ей.

Впрочем, я знаю, что она скажет.

Потупит глазки, вспыхнет розовым румянцем и немного смущенно обронит: таблетка не сработала…

Так и происходит, с точностью до мелочей. Только в реальности Вика опускает руку на живот и поглаживает его, добавив ещё несколько фраз:

— У меня под сердцем растет наш малыш.

Замолчи.

Ради всего святого, больше ничего не говори!

Но есть люди, которые не знают, где нужно остановиться и не умеют этого делать.

— Подарить тебе сына взамен того, которого ты потерял…

Вот сука тупая.

Сам виноват, не надо было тащить эту шмару в дом. Она прошлась, увидела фото, задала парочку вопросов и решила сыграть на моей потере?

Заменить, сука.

Да что ты знаешь о потерях?

Смотрю на ее красивое, но такое тупое и наглое личико.

Надавать бы тебе по щекам, но я баб не бью, даже мерзких и обнаглевших.

— Что ты знаешь о потерях?

Посмотрел на нее в упор, не умаляя тяжести взгляда.

Так я бы смотрел на конкурента, который охамел и ставит палки в колеса. Таким взглядом я бы продавил провинившегося, и Вика не исключение. Она теряется и вытягивается ещё больше по струнке, побледнев.

— Что ты имеешь в виду?

— Хоронила кого-нибудь из близких? Из очень близких? Сидела у гроба до рассвета, не в силах отпустить? Стояла на краю могилы, испытывая желание прыгнуть следом на крышку гроба? Разминала в кулаке горсть мерзлой земли?

— Нет, я… Может быть, только бабушку.

— Поэтому завались. И трепать имя и память моего сына не смей. Значит, завтра в клинику. Все проверят. Срок?

— Одиннадцать недель.

Продуманная.

— Чего ждала? Впрочем, не отвечай.

Итак ясно, чего — Вика ждала срока, при котором будет уже поздно делать аборт.

Отбиваю в телефоне, с какого срока можно делать анализ теста на отцовство при беременности.

Не раньше десятой недели.

У неё — одиннадцатая.

Вот и славно.

Всего одним походом в клинику закрою все интересующие меня вопросы. Славно ведь…"

"Наверное, на моем лице скользнула улыбка, потому что Вика ободрено расправила плечи, решив, будто я сменил гнев на милость.

— Мы будем замечательными родителями, вот увидишь…

— Свободна.

Едва она скрывается с глаз моих, я уже и думать о ней забыл.