Измена. Простить, отпустить, отомстить?

- Не удивлюсь, если наши мамы знакомые, - Кеша оценил мою фамилию."

"- Не удивлюсь, если они заставят тебя на мне жениться, - в ответ пошутила я.

И, посмотрев друг на друга, мы произнесли в голос:

- Упаси Бог!

Не знаю почему, но сразу после этого приветствия нам стало легко и свободно. Простынь кокетливо сползла обратно на живот, Кеша соскочил на пол и, сверкая тощей задницей, пошел искать свою одежду. Именно тогда я заметила что-то странное: родинку на его правом полупопии.

Врачи поймут. Не врачи покрутят у виска пальцем.

- Ты не показывал это новообразование у себя… пониже крестца?

- Нет, а что там? – Он постарался извернуться и рассмотреть, о чем я говорю.

- Мне не нравится твоя родинка, я бы обратилась к врачу, мой папа хирург и может помочь, если что… - Почему-то хотелось щегольнуть перед этим мальчиком своей медицинской фамилией.

- Мой папа зав кафедры педиатрии, так что тоже может помочь, если надо, - не остался в долгу Аркадий.

Расставались мы прохладно. Как показала практика, топ неудачных фраз на первом свидании возглавляло это:

«Очень подозрительная родинка на жопе, милый. Вот контакты онколога, а вот по этому номеру продают отличные гробы со скидкой».

Лучше бы я просто сказала, что у него огромный член.

Но вопреки ожиданиям через две недели Савранский сам меня нашел. И пригласил на ужин, чтобы познакомить с родителями, которые жаждали видеть сыначкину спасительницу лично.

Получается, Бог не упас.

Все годы брака мы и наши семьи смеялись над изогнутым, похожим на молнию, шрамом моего мужа. Между собой мы называли Кешу Гарри Поттером.

И теперь я наблюдала, как девица с татуировкой в виде сакуры на спине заваливается на кровать, а над ней нависает Дядя, который выжил.

Вся это цепь образов и событий выстраивалась в моей голове целую вечность, на деле же прошло несколько секунд, и даже не все в зале успели понять, что произошло. Боковым зрением я увидела, как из толпы отделились две фигуры.

Вика, моя подруга, подлетела ко мне и вытащила из моей ладони Томину ручку.

- Тамара, милая, у тебя бант развязался, давай я поправлю.