Измена по вызову

— Вот тварь, — сокрушенно качаю головой, — как же это она посмела так обойтись с таким трудяжкой-работяжкой.

— Оль, что за херня?

Еда и личный комфорт — это то, чем Игорь дорожит особенно сильно, и не получив их по первому щелчку моментально заводится, напрочь забыв о том, что пришел с повинной.

— Хороший вопрос, Игорь. Просто прекрасный. Но меня больше волнует другой. Когда это ты решил, что жена у тебя страдает слабоумием и готова проглотить любую хрень, которую ты будешь ей вливать в уши?

— О чем ты, мать твою.

— О твоей бабе, с которой ты был этой ночью.

— Я работал, — рявкает он. Откуда только голос прорезался, — деньги зарабатывал!

Я от восторга чуть не прослезилась. Ну каков орел! Добытчик! Надежда и опора. Только вот щеки покрываются малиновыми неровными пятнами, выдавая его с головой. Так бывает всегда, когда он врет и обороняется.

— Ну и сколько заработал? — интересуюсь участливо, — мульен? Или два?

Меня несет. Не знаю откуда взялась эта циничная, холодная стерва, но она вырвалась на волю и теперь отрывалась по полной программе.

— Блин, Оль! На хрена ты все портишь. Я так спешил домой, думал вечер проведем хороший, а ты как еж колючая и несешь ересь какую-то."

"Сучоныш. Сейчас все будет переворачивать с ног на голову, чтобы выставить меня виноватой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Так спешил бы вчера, когда я тебя ждала, — равнодушно жму плечами.

— А сегодня, значит, не ждала?

— Не-а.

— Мне уйти?

— Пиздуй, — киваю на дверь, — ключи только не забудь оставить.

— Какие еще ключи? — рычит он.

— От моей квартиры, — делаю большой глоток чаю. Вкусно. С травками и фруктами.

Игорь теряется. Обычно я гашу конфликты, уступаю, лишь бы не портить атмосферу дома плохими эмоциями. Сегодня я в них купаюсь и балдею.

— Ну что встал? Иди. Никто не держит.

— Что ты несешь вообще? Изволь объясниться.

— О, сударь. Какой высокопарный слог, — ухмыляюсь я, глядя на него поверх кружки, — браво.

— Какая муха тебя укусила? — надвигается на меня, проигнорировав слова, о том, что может валить.

— Никакая, Игорек. Я просто пришла к выводу, что нам не по пути.

— Чего-о-о? — тянет, грозно упираясь руками на стол и склоняясь ко мне.

— Развожусь, я с тобой, миленький. Пожили и хватит.

Надо было видеть его лицо в этот момент. Я даже испугалась, что у него глаза от напряга вывалятся.

— Может, чайку? — спрашиваю участливо у почти бывшего мужа.