Измена. Право на обман

— Надо как-то его плавно подводить к новости. И тебе, и мне.

— И я бы хотел на следующее УЗИ…

— Нет.

— Но я…

— Я тебе все анализы, снимки покажу. Буду, Саша, держать в курсе, что у меня и как дела, но брать тебя с собой на УЗИ не стану.

— Но я отец, Ева, — взгляд становится темным и злым. — Тебе это очень не нравится, но так уж случилось. Я хочу с твоим врачом лично побеседовать.

— Хорошо, я дам тебе контакты, — хмурюсь. — Но на УЗИ, Саша, я тебя брать не стану.

— Почему?

— А зачем ты мне там? За руку держать? Обойдусь.

Не дожидаясь ответа, ухожу. В машине прижимаю кулаки ко лбу, и Денис подает голос:

— Вот теперь точно поссорились.

— Нет, — оборачиваюсь. — Дениска, мама и папа не ссорились. Мама и папа вновь учатся общаться друг с другом."

"Глаза Дениса вспыхивают надеждой, и у меня сердце сжимается. Он так отчаянно желает, чтобы мы были вновь вместе, что я хочу расплакаться. И впереди ждет непростой разговор, который добавит в его картину еще большей нелогичности. У нас будет ребенок, который родится вне брака, вне полной семьи, и это даже меня, взрослую тетку, обескураживает.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​— Ты любишь папу, — Денис вздыхает и отворачивается к окну, — папа любит тебя, а я люблю вас.

— Дениска…

— Учитесь, — насупившись, пожимает плечами. — А еще говорят, что дети глупые.

Глава 41. Смотреть и видеть

— Александр, — меня нагоняет Марта, главная бухгалтерша.

— Да?

— Мне показалось или вы… — она запинается и шепчет, — на совещании рисовали?

— Наброски делал, — захожу в приемную и кидаю беглый взгляд на Дашу.

Марта отличный специалист, но невероятно любопытная тетка, которая не чует границ.

— А с чего это вы вдруг рисуете? — она заходит за мной в кабинет.

— Хобби у меня такое, — устало вздыхаю и сажусь за стол, отбросив скетчбук в сторону. — Что-то еще, Марта Петровна?

Мне было сказано рисовать в любую свободную минуту. Делать наброски, практиковаться и не отлынивать.

— Просто удивилась, — Марта как-то подозрительно на меня смотрит, прячет улыбку и плывет к двери.

— Стоять, — цокаю я.

Марта удивленно оглядывается.

— Так, — хмурюсь. — У вас тоже какое-то особый пиетет перед художниками?

— Это люди искусства…

— Марта сядьте, — киваю на кресло перед столом.