Ювелирная работа

 – А Маркус, он, не торгуясь, заплатил мне столько, сколько я попросил.

– Он вышел на вас или вы на него?

– Мне неловко говорить об этом, – замялся Тед Чарлтон.

– Я настаиваю.

– Я связался с Маркусом накануне открытия парижского бутика. Я знал, что он в городе, вспомнил, как он смотрел на вас… ну, когда вы нас познакомили.

– Но с чего вы взяли, что Коварис заинтересуется ювелирным бизнесом? – допытывалась Элоиза.

– Бросьте! – махнул рукой Тед Чарлтон. – Причем тут ювелирный бизнес? Вы полагаете, я ввязался в эту авантюру в расчете на доходы?

– Но вы меня уверяли…

– Зубы заговаривал, – бросил Тед.

 – Меня интересовали вы. Но, как говориться, не выгорело. У Маркуса, как я вижу, все получилось.

– Иными словами, вы продали ему право доступа ко мне. Право, которым вас никто не наделял. И после этого имеете наглость так запросто со мной заговаривать на улице. Вы, оклеветавший меня!

– Вы правы. Правы от первого до последнего слова. Я поступил как настоящий мерзавец. Но все дело в том, что я пригласил Маркуса Ковариса в свой отель.

Он пришел с той самой блондинкой, Надин. Мы разговорились, много выпили… Вернее, я много выпил. Рассказал ему про свой развод…

– Вы всем рассказываете про свой развод? – возмутилась Элоиза.

– Ничего не могу с собой поделать, – повинился американец.

– Что было дальше?"

"– Он стал обращаться со мной высокомерно, похвалялся своими победами, не церемонился и с Надин. Я возьми да и скажи, что переспал с вами. Сам не знаю, как это вырвалось. И смотрю, он рассвирепел, но сдержался.

Снова налил мне выпить, вызвал для Надин такси, отправил ее, а сам остался. Так мы и сговорились. После чего я связался с Харри, объяснил ему причины своей поспешности. Оказалось, что он и Маркус уже однажды встречались у вас в доме… Я очень вам навредил, Элоиза?

– Не будем об этом, – воздержалась от комментариев женщина.

– Простите меня. Но я был уверен, что вы неравнодушны к этому парню.

– К вам я тоже долгое время была неравно душна, Тед. И как вы распорядились моей симпатией? – без обиняков спросила Элоиза.

– Виноват. Все признаю…

* * *Маркус Коварис вынырнул из темного нутра такси. Направился к дому.

Маркус надеялся удивить Элоизу…

Накануне поздно ночью он звонил ей по телефону. Заверил, что задержится до вторника. Сделал это сознательно, чтобы посмотреть, как изменится ее лицо, когда она увидит его на своем пороге.

Он прислушался к шуму в доме. Ему показалось, что работает телевизор.

Маркус решительно нажал на дверной звонок.