Изгой Проклятого Клана. Том 6

С «Копьём Души» рядом, и Ардамуном в небесах. Он постоянно дежурил и наблюдал за горизонтом, прикрытый артефактом невидимости и связанный со мной артефактом переговоров.

— Самородок, — подошёл ко мне Владислав, когда я, в отрыве от остальной группы, смотрел вперёд.

— Собрался в очередной раз убедить меня не выпускать твоего брата? — произнёс я, скользнув по нему взором.

— Не убедить. А договориться, — сказал он серьёзно. — Он попытается вернуть власть себе. Тебе это не надо.

— Не попытается. Если я выпущу его, то исключительно с договором, по которому он откажется от попыток захватить трон и вообще вмешиваться в судьбу Империи.

— Договором? — он прищурился.

— Именно. Не только ты сотрудничал с демонами.

— Я, с демонами? — он тут же захлопал глазами.

— Мне всё известно. Так что не строй из себя непонятно кого. В твоей работе востребованы все инструменты, включая порицаемые общественными нормами. Причём, справедливо порицаемые.

Он промолчал.

Я добавил:

— Насчёт твоей судьбы я не договаривался.

— Таковы были установки наложенной на меня техники. Я не буду оправдываться за это. Как и за всё остальное, — с едва заметным раздражением сказал он.

— И не нужно. Что ты хотел предложить?"

"— Пост. Главного советника при дворе Императора. Разумеется, подконтрольного и тебе, и мне. На мне — внутренние дела и безопасность, на тебе — военный сектор.

— Мне нужны гарантии. Через божественное Слово, — я посмотрел на него, не мигая. — Думаю, демонические договора ты умеешь обходить. А вот Слово богов — нет.

Он поджал губы. Но не отворачивался.

— Думаешь, я попытаюсь от тебя избавиться?

— Да.

— Нет. Не попытаюсь. Поэтому я согласен, — он протянул руку. — Мы с тобой не друзья и, скорее всего, ими никогда не будет.

— Смотря что за друг.

Он пожал плечами.

— Какие есть. Какие были. Все предавали. Пусть у каждого и была своя цена.

— Значит, сам ты не представлял для них настоящей ценности. Не находишь?

Он ухмыльнулся.

— Без разницы.

— Действительно. Предателю до этого дела нет, — добавил я.

Он стиснул зубы, но натянул улыбку, а затем процедил:

— Именно так, — и не убирал свою руку. И я пожал её.