Изгой Проклятого Клана. Том 6

Не сильный. Раскрытой ладонью. Но этого хватило, чтобы отбросить его на несколько метров назад.

Он отлетел с болезненным хрипом и взялся за грудь. Возможно, я что-то ему сломал. Но ничего, переживёт. Полукровки живучи.

Да и дела до его жизни мне не было.

— Ты заслужил смерть. Но мне не с руки ссориться с твоим хозяином, он ещё может быть полезен. Только поэтому я сохраню тебе жизнь.

Он смотрел на меня взглядом, полным ледяной злобы. Держался за грудь. Тихо хрипел. Но не говорил ни слова.

Но у него хватило ума отказаться от дальнейших попыток сразиться.

Так что я оставил его здесь. Он и так получил от меня куда больше, чем заслуживал после своих нападок.

Я на всей скорости удалился на несколько километров от пути к гробнице. К россыпи скал, за которыми будет сложно заметить мой лабиринт.

Перед тем, как скрыться среди них, я взлетел на десяток метров, используя форму мантикоры.

После чего я достиг места.

И вызвал к себе лабиринт.

Он явился возле меня с характерным грохотом. Я рванул внутрь.

С моими людьми всё было в порядке. Пусть я и спрятал лабиринт заранее, телепортировав его подальше от Императора, но всё равно — видеть своих людей в безопасности — это облегчение.

Но первым же делом, я перенёс лабиринт вдаль. К горизонту. На самую границу видимости.

И вот здесь у меня был противник.

Единственный, кому я не мог приказать напрямую. И от которого с каждой минутой становилось больше проблем, чем пользы.

— Нельзя позволять моему брату добраться до гробницы! — заявил Владислав, не стесняясь повышать голос. — И саму гробницу надо запечатать навеки!

— Что же там находится, что заставляет тебя так нервничать? — справедливо спросил командир моего наёмничьего отряда Агат, приглаживая отпущенную бороду.

— Тебе слово не давали, — с презрением бросил ему Владислав.

Но тут его осадил уже я:

— Дал. Я. Лично. А ты, Владислав, если ещё раз попробуешь заткнуть одного из моих доверенных советников, будешь отослан с совета и больше не привлечён ни к одному совещанию.

— Вот такова твоя благодарность? — он стиснул челюсти.

— Избавь от манипуляций. И ты, и я прекрасно знаем, что все твои поступки продиктованы твоей собственной жаждой власти.