Изгой Проклятого Клана. Том 6

"

"— Пока вы не пересекли границу, у вас есть шанс выбраться из ситуации живыми, — бесстрастно сказал я. — До неё как раз осталось около полукилометра.

— Шестьсот шестьдесят три метра, — точно сказал он. — Я не собирался вести туда людей. Несмотря на приказ отца.

— Умно.

— Я хочу заключить сделку, — не мигая, он смотрел мне в глаза.

— Я слушаю, — произнёс я, одновременно с этим сканируя своим ощущением всё, что происходило снаружи палатки. Но никто не делал никаких резких движений. И даже не нервничал. Энергетика каждого гвардейца Морозовых была стабильной.

— Сталиновы скоро прибудут. Я знаю куда, знаю откуда они пойдут на твои земли. Не знаю, кто именно там будет. Да и не желаю. Они ждут, что мы выйдем вперёд и выманим тебя, чтобы они навалились скопом и захватили тебя в плен. Для дальнейшего суда. В каком-то имперском суде, на задворках мира. Разумеется, где у них уже всё схвачено. Судьи куплены, а шансов на то, что туда успеет дойти императорский приказ, нет никаких.

— Святая простота, — я не удержал усмешки.

— Суть сделки в следующем: вы со Сталиновыми разбираетесь сами. А я жду развязки. Если победишь ты — я уйду. Если они — присоединюсь к ним. Здесь уже без вариантов. Взамен ты не устраиваешь здесь бойню.

Даже не похоже, чтобы он врал.

— Гарантии того, что говоришь правду, будут?

— Только моё слово. Как и в случае, если ты победишь Сталиновых и вернёшься сюда. Никто не гарантирует мне, что ты оставишь нас в живых.

Справедливо.

Я подошёл к Вячеславу Морозову.

— И всё же, почему ты не рискнул? Выманить меня можно и без большого риска. Хотя бы попытаться. Отомстил бы. Это бы и выгоду тебе принесло.

— Нет. Не принесло. Ты — большое бедствие. Бедствие, которое всё переворачивает вверх дном. Политика Сибирского наместничества, затем самой Империи, — он покачал головой. — Нет. Ты даже не человек. Человек не может становиться настолько сильным, если он родился в такой слабой семье, как ты.

— Удивляешь, — кивнул я. — Хорошо, Вячеслав Морозов. Если ты говоришь правду, я не притронусь к твоим людям и вы спокойно уйдёте после моей победы.

— Руку тянуть не буду. Слову твоему верю.