Итальянец с дурной репутацией

Трижды по воскресеньям они вместе с Беллой приходили в церковь, где оглашались имена вступающих в брак, в том числе их, но и тогда она держалась отчужденно.

Но самым мучительным для Габриеля было то, что Белла шарахалась от него как от прокаженного, избегая самых незначительных прикосновений…

Если Белла хотела наказать его за то, что он принудил ее к браку, то лучшей кары она и выдумать не могла, как только изводить его ледяным молчанием и брезгливо избегать его прикосновений!

— Гм, господа Данти знают, что значит путешествовать с полным комфортом, — отметила Белла, расположившись за столиком напротив Габриеля в роскошном салоне частного самолета Данти.

Правда, нечто подобное она испытала, узнав об острове в Карибском море!

Белла решительно отбросила все мысли о таинственном острове и сконцентрировалась на текущих проблемах.

Личный реактивный самолет семьи Данти был воплощением стильной роскоши: в основном салоне всего шесть суперкомфортабельных кресел, ковровое покрытие на полу, отсек с баром в одном углу, а в противоположном — дверь в отдельные апартаменты.

По прибытии на аэродром Габриель отдал распоряжение капитану, и, как только они с Беллой заняли свои места, самолет поднялся в воздух. Из ниоткуда возник стюард, поставил на стеклянный стол бокалы на высокой ножке и наполнил их игристым шампанским, после чего поместил бутылку в ведерко со льдом и беззвучно испарился, прикрыв за собой дверь.

Белла боялась даже взглянуть на свой бокал с шампанским.

Габриель кивнул:

— За тебя и за Тоби! Отныне вы тоже Данти.

На Беллу накатила внезапная слабость. Нет, ее не укачало. Внезапно пришло понимание того, кем она теперь стала.

Изабелла Данти. Жена Габриеля Данти.

— Несомненно, Тоби в восторге.

— А ты нет?

Белла потеряла почву под ногами, она пришла в смятение, оказавшись наедине с Габриелем.

Она покачала головой:

— Мне же не четыре года, Габриель.

Их взгляды встретились и не могли разойтись.

С невероятным усилием она повернула голову в сторону, только чтобы вырваться из плена его темных бархатных глаз. Белла поднялась на ватных ногах и пробормотала:

— Я, пожалуй, пройду в соседнюю комнату и сниму платье.