Испытание огнем

– Да-да, что-то у них в иридиодатчике не сработало, и меня приняли за другого, признаюсь, я чуть не обгадился, глядя, как у трех десятков парней дрожат пальчики на спусковых крючках.

– Ну потом все разрешилось?

– Конечно, я остался жив.

– Что дальше?

– Потом меня водил по фабрике забавный маломерок в очках, я так понял, самый главный из яйцеголовых – доктор Померанец. Он показывал мне весь процесс получения – от заготовки и до найттатчера.

– Заготовки?

– Это у них сленговое словечко, на самом деле заготовка – живой человек, который даже не догадывается, что из него вылепят.

– Что же тебя так напугало?

– Не напугало, сэр, вовсе не напугало, я много повидал, но такого… – Майор покачал головой. – Сначала в эти заготовки забивают пустотелые иголки, потом закачивают какие-то там то ли стероиды, то ли анаболики – я не запомнил. Тело этого человека при этом набухает от избытка мышц – смотреть противно.

– Что было потом?

– Потом этого набухшего человека переводят на другой этап, и какая-то машинка всаживает ему в мозги процессор, причем этот процессор совмещается с мозгами лишь каждого пятого, у остальных начинается ломка в прямом смысле – лопаются мышцы, ломаются кости.

– Любопытно, – ровным голосом произнес Дюрекс. – Я думал, людям вроде тебя нравятся подобные сцены.

– С чего это?

– Неважно, – отмахнулся Дюрекс. – Продолжай.

– Ну, потом этих парней – я имею в виду получившихся найттатчеров – пробуждают электрошокерами, да такими разрядами, что у них на шкуре рубцы остаются. Но это еще не все! – Вагнер взял со стола салфетку и промокнул лоб. – Их еще из пистолетов опробывают, сэр!

– То есть? – Дюрекс слегка склонил голову.

– Очень просто – всаживают несколько пуль и смотрят, как этот бедняга корчится, но, нужно сказать, раны на них затягиваются практически на глазах – вот это действительно чудо!

– Это все? – после недолгой паузы уточнил Дюрекс.

– Все. Хотя – нет!

Вагнер даже по столу хлопнул – так ярко в его памяти всплыло еще одно воспоминание.

– Доктор Померанец очень боится одного странного субъекта. Сказать по правде, он выглядит жутковато.

– Кто он?

– Понятия не имею, но зовут его мистер Йожуч.

– Йожуч? – Дюрекс улыбнулся. – Вагнер, ты что, в детстве не читал слова задом наперед?

– Не помню, сэр.

– Йожуч, это – Чужой. Должно быть, это какая-то шутка.