Исключение

Но внутри противным писклявым колокольчиком скребёт тревога – это не конец. Вряд ли Павел Артов так просто проглотит всё сказанное мною.

– Вик, ты слушаешь? – Надя толкает меня в плечо. Понимаю, что мы уже на первом этаже и подруга придерживает двери лифта, чтобы я наконец вышла.

– Да-да, слушаю, конечно.

– Не похоже… Точно всё нормально? Со Славкой всё хорошо?

– Конечно хорошо. Ритка уже из садика забрала и его, и Люсю, – киваю, словно болванчик.

Как только выходим из здания, краем глаза замечаю, как со стороны подземной парковки выезжает «Ауди» Артова.

Даже не посмотрел в нашу сторону. Это хорошо.

Хорошо же? Да, Вика. По-другому быть не может. Запрещаю самой себе думать о боссе. Вспоминаю каждое сказанное им слово сегодня, всячески пытаясь вызвать в себе хотя бы неприязнь к Павлу Артову. Получается плохо. Но главное – постараться и со временем убедить себя, что он даже взгляда моего не достоин.

Павел

«Ты живёшь по принципу душевной проститутки, считая, что ты всех используешь, а на самом деле имеют именно тебя…»

Каждое её слово крутится противной каруселью в голове.

А я молчал. Сказать было нечего. Всё правда. Каждое её чёртово слово. Даже взгляд не отвела, смотрела в упор. На равных. Никак иначе.

Весь день провёл, словно в бреду. Даже на работе сосредоточиться не смог, несколько часов наворачивал круги по кабинету.

Перемалывал наш разговор. Её голос звучал в ушах, не мог избавиться от звенящих ноток, которые выворачивали нутро."

"Я и без неё всё это знал. Всегда. Она лишь констатировала факт, озвучила вслух, кто такой Павел Артов в глазах окружающих. Даже тот факт, что я её босс, не сдержал всей правды, что рвалась наружу из Виктории.

Сам виноват. Привык общаться с юными девочками, для которых допотопный комплимент уже знак внимания, а подарок – намёк на что-то серьёзное.

Нет. На Вику всё это не действует. Видит иначе. Воспринимает меня иначе. Она давно рассмотрела, приняла решение и чётко ему следует.

И ночь мы провели вместе только потому, что она этого хотела.