Исключение

 – Эй, чертёнок! За тобой приехали! Иди!

В конце коридора появляется Славка: красное от слёз и крика лицо, босиком, в одних штанишках. Сначала не понимает, кто его зовёт, но, узнав меня, распахивает серые глазёнки.

– Паша! – бежит очень быстро, перепрыгивая через кошек перед собой.

Запрыгивает на меня, еле успеваю поймать, обхватывает руками и ногами, цепляется, будто клещами, обнимая за шею. Плачет, но совсем тихо, только всхлипывает. Наверное, все силы на крик истратил.

Дверь тут же закрывается. Тётка даже не спрашивает, куда и зачем я его забираю.

– Вещи твои где?

– Там, – указывает на дверь квартиры.

– Забирать будем?

– Не-а. Поехали к маме, – слёзно просит.

Усаживаю его на заднее сидение. Снимаю с себя пальто, укутывая мелкого с головой. Срываюсь с места: подальше из этого зловонного дома и города. Быстрее к Вике, чтобы успокоилась, наконец, получив в руки сына. Накручиваю климат-контроль, чтобы Славка согрелся.

– Тепло?

– Да, – шепчет хрипло, видимо, сорвал голос, пока орал, как резаный.

– Он тебя обижал? – смотрю в зеркало заднего вида, чтобы понять, насколько всё серьёзно.

– Кричал только, когда я убежать хотел к маме. А потом сок давал, и я засыпал… К этой привёз, сказал, что она моя бабушка, оставил меня у неё. Я специально кричал, чтобы она маме позвонила.

Вот же падла! Пичкал его снотворным, чтобы избежать проблем. Спящего ребёнка можно увезти куда угодно, никаких проблем.

– Бил?

– Нет, – отрицательно мотает головой. Ну хоть что-то хорошее, не настолько опаскудился Валера. – Давай маме позвоним.

– Не могу, она телефон в машине у меня забыла, – показываю мелкому телефон Вики в голубом чехле. – Ещё немного, и сам маму увидишь. Она очень переживает. Есть хочешь?

– Нет. Я к маме хочу… – вздыхает, окончательно успокоившись.

– А пить? – В ответ тишина.

Поворачиваюсь, понимаю, что Славка заснул, укутавшись в моё пальто с головой.

"Обдумываю, что прямо завтра нужно забирать их к себе насовсем. И пусть говорит, что хочет – сгребу обоих, увезу в свою квартиру. Именно так. Достаточно проживания в мизерной квартире на окраине города в непонятных условиях.