Искатель – 12

Именно осознание того, что она так наслаждается процессом, в сочетании с невероятными ощущениями, наконец сломило меня. Я со стоном выгнулся дугой, все мышцы напряглись, и оргазм накатил цунами. Мощные струи семени брызнули мне на грудь и живот, а также на лицо и грудь Клевер.

Она жадно подставилась под струи, и жемчужное семя оставило блестящие линии на её безупречной молочно-белой коже. Картина оказалась настолько эротичной, что член дёрнулся снова, несмотря на только что пережитую разрядку.

Когда упали последние капли, Клевер посмотрела на меня большими голубыми глазами, полными неподдельной похоти.

— Ты уже знаком с кунидами, — пропыхтела она. Грудь её вздымалась, на щеках играл румянец.

Я кивнул, прекрасно понимая, к чему она клонит. Куниды в страсти — это нечто. На Земле читал про кроликов, но реальность превосходила все ожидания.

— Хорошо, — простонала она, — потому что я больше не могу сдерживаться."

"С грацией элитной гимнастки, и откуда только в её возрасте такая гибкость, она перевернулась и оседлала меня.

Это напомнило мне о важном. Дотянулся до рюкзака, лежащего у кровати.

— Свиток, — выдохнул я.

Белоснежная кунида сначала словно испугалась, а потом грустно рассмеялась.

— Ладно.

Она неохотно слезла, я едва не застонал от потери контакта, и позволила достать свиток из рюкзака. Забрала его и наложила заклинание на себя. Знакомое свечение окутало её тело.

При этом она посмотрела на меня с игривой улыбкой, от которой сердце пропустило удар.

— Уверена, ты и сам прекрасно знаешь, что мы, куниды, обожаем детей и хотим их много. Эта мысль возбуждает нас не меньше, чем сам секс, а может, даже больше. Так что все девушки в деревне будут в восторге, если ты не станешь заморачиваться с предохранением.

Член дёрнулся при мысли оплодотворить целый выводок прекрасных кунид. Воображение мигом нарисовало картину: десятки белоснежных, рыжих, чёрных ушастых малышей, бегающих по полям… Стоп! Хотя и заманчиво, но каково это — иметь кучу детей в неделе пути от дома? Даже зная, что куниды едят траву и коренья, и община без труда их вырастит в моё отсутствие, ответственность никто не отменял.