Индульгенция 2. Без права на жизнь

К Сигурду и Руслану подбиралась внезапно появившаяся летающая мерзость — фу, меня сейчас стошнит… Впрочем, глупо было бы ожидать, что порождения тьмы могут передвигаться только по земле."

"Аленькая, бледная от напряжения, сжимала волшебный цветок так, что ее пальцы побелели. Корни уже оплели пол поля, но новые твари всё равно прорывались сквозь землю, вылезая из трещин, как черви после дождя.

— Надолго тебя хватит? — крикнул я, прикрывая ей спину. Меч из света развалил духа, пытавшегося схватить ее за плечо.

— До конца! — коротко бросила она, и цветок в её руках вспыхнул ярче. Корни взметнулись, обвивая двух духов, но третий прорвался — прямо к ней.

Я рванул вперед, к нему, но Ванька оказался быстрее. Его стрела просвистела в сантиметре от моего уха и глубоко вонзилась в тело твари. Та захрипела, рухнув на колени, а я добил ее, рубанув по шее.

— Спасибки. Чмоки! — девушка послала воздушный поцелуй и кивнула Ивану, но он уже целился в следующую тварь.

Слева Василиса все пела — ее голос от усталости и невероятного напряжения стал хриплым, но чары работали: духи взрывались, не долетая до нее, будто натыкаясь на невидимые клинки.

— Хил! К Василисе! — заметив это, заорала Мавка, но Цветочек уже металась между нами, разрываясь. Зелень в ее руках заметно тускнела — и ее силы таяли.

Мавка это поняла, замерла на секунду, оценивая ситуацию, а после посыпались отрывистые команды:

— Руслан, Сигурд — к земле! Прижмите их молниями к центру! Остальные — кольцом!

Те, кто мог, сомкнулись вокруг меня и Аленькой.

— Теперь!

Емеля мощно взмахнул топором. Настя выпустила поток ледяной пыли, что мгновенно накрыла большую область. Мавка тряхнула крыльями, с них сорвалась волна света, разбивая застывшие тела вдребезги.

Василиса, собрав последние силы, ударила ногой в землю. Ее песня превратилась в звенящий крик — и волна этого звука рванула вперед, дробя духов в липкую кашу.

Цветочек выпустила корни — они впились в раненых тварей, добивая. Емеля и я рубили тех, кто вырывался из ловушки.

Когда всё стихло, вокруг остались лишь лужи смолы да трещащие от мороза кости. Руслан с Сигурдом рухнули на колени, их посохи дымились. Мавка оглядела поле, тяжело дыша.

— Неплохо… для новика, — хрипло усмехнулась она, вытирая кровь с лица. — Но расслабляться рано.