Император Пограничья 9

— Василиса Дмитриевна, — произнесла она ледяным тоном, едва подняв голову от бумаг. — Какая… неожиданность."

"— Мария Никитична, — княжна вежливо кивнула. — Мне нужно обсудить некоторые вопросы касательно обслуживания княжеских покоев.

— Вопросы? — гофмейстерина подняла бровь. — После полугодового отсутствия вас вдруг заинтересовали вопросы обслуживания?

Вокруг неё продолжали виться помощницы — одна докладывала о смене постельного белья, другая показывала список закупок, третья ждала подписи на каких-то документах.

— Анна, проследи, чтобы в Зелёной гостиной поменяли занавеси. Ольга, эти счета неверны, перепроверь. Катерина, скажи прачкам, что пятна на скатерти из Малой столовой — это позор, — Мария раздавала указания, не отрываясь от бумаг.

— Мария Никитична, это важно… — попыталась Василиса.

— Всё важно, дитя моё. Важно, чтобы простыни были накрахмалены. Важно, чтобы серебро блестело. Важно, чтобы в покоях княгини всегда были свежие цветы. А ваши вопросы… — она наконец подняла голову и окинула нас холодным взглядом, — могут подождать.

Старуха встала, опираясь на трость с серебряным набалдашником.

— Девочки, проводите меня в Синюю гостиную. Нужно проверить, как идёт подготовка к завтрашнему приёму.

Свита горничных двинулась за ней, и нам ничего не оставалось, как выйти из кабинета.

— Даже поговорить не дала, — пробормотала Полина.

Я заметил молодую служанку лет восемнадцати, которая осталась убирать кабинет.

— Сударыня, — обратился я к ней, — не подскажете, где можно найти главную прачку? У нас вопрос по поводу… пятен на одежде.

Девушка вздрогнула и обернулась.

— Главная прачка в подвале, господин. Но… — она огляделась и понизила голос, — если речь о сложных пятнах, лучше к Людмиле Петровне. Она у нас специалист по деликатным тканям.

— А Мария Никитична всегда так… строга? — мягко спросила Полина.

Служанка нервно теребила передник.

— Раньше была помягче и справедливее. А как князь отказал в повышении жалования… — она осеклась. — Простите, я не должна.

— Ничего страшного, — успокоил я её. — Мы никому не расскажем. Что случилось с жалованием?

Девушка снова огляделась.

— Три с половиной месяца Мария Никитична просила князя повысить оплату. Мы действительно работаем с рассвета до полуночи, а платят… — она покачала головой.